Вопросы повышения роли Китая в мировой экономике в контексте реализации стратегической инициативы «Один пояс и один путь»

Болаев А.В.1, Бондаренко В.А.2
1 Калмыцкий государственный университет им. Б.Б. Городовикова
2 Ростовский государственный экономический университет (РИНХ)

Статья в журнале

Экономические отношения (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 14, Номер 1 (Январь-март 2024)

Цитировать:
Болаев А.В., Бондаренко В.А. Вопросы повышения роли Китая в мировой экономике в контексте реализации стратегической инициативы «Один пояс и один путь» // Экономические отношения. – 2024. – Том 14. – № 1. – С. 177-194. – doi: 10.18334/eo.14.1.120643.

Аннотация:
Одними из важнейших факторов развития современного мирового хозяйства являются многолетний рост экономики Китайской Народной Республики и реализация китайской стратегической инициативы «Один пояс и один путь». В этой связи крайне актуальным является исследование изменения роли Китая в мировой экономике в целом и в таких аспектах, как международная торговля, осуществление прямых иностранных инвестиций, научно-технологическое развитие. Указанной проблематике и посвящена эта статья, в ней рассматриваются такие аспекты роли КНР в мировой экономике, как рост ВВП, привлечение ПИИ и осуществление китайских ПИИ зарубежом, деятельность в сфере НИОКР, патентная активность. Показано, что роль Китая в мировой экономике в последние годы значительно возросла. Новизна исследования заключается в комплексном многоаспектном подходе к анализу повышения роли КНР в мировом хозяйстве и использовании последних статистических данных ООН, Всемирного банка, правительства Китая. Результаты исследования будут интересны специалистам в области мировой экономики и международных отношений, китаистам и интересующимся реализацией стратегической инициативы «Один пояс и один путь».

Ключевые слова: мировая экономика, Китай, «Один пояс и один путь», «Пояс и путь», экспорт, импорт, прямые иностранные инвестиции, НИОКР, патенты

JEL-классификация: E22, F21, H54, P45

В издательстве открыта вакансия ответственного редактора научного журнала с возможностью удаленной работы
Подробнее...



Введение

Стратегическая инициатива «Один пояс и один путь» вызывает закономерный высокий интерес у научного сообщества во всем мире, среди ученых, занимающихся исследованиями стратегической инициативы, можно отметить целый ряд авторов. В русскоязычных исследованиях это прежде всего Абрамкина М.С. [1], Гнатюк Г.А. [2], Михайленко А.Н. [3], Мишальченко Ю.В. [4], Нелюбина Ю.А. [4], Пакулин В.С. [5], Погребинская Е.А. [6], Степанов Н.С. [7], Шкваря Л.В. [8], а также публикующиеся на русском языке китайские исследователи Лю Я. [9], Ма Л. [10], Цию М. [11], Чжан С. [12], Чжан Ц. [13], Чжао И. [2], Чжао Х. [14], Чу Л. [10], Чэнь С. [11], Юй Х. [8], Яо Я. [12], и другие. Среди авторов на китайском языке в том числе выступают такие исследователи, как Ван Биньи [15], Ван Дэхун [16], Ван Лу [17], Джонс У. [18], Дэн Цзюган [19], Зепп-Ларуш Х. [18], Инь Цзяинь [20], Лю Юфа [21], Ма Цзяньтан [22], Сяо Юйчунь [23], Цзоу Лэй [24], Цзян Ч. [25] и другие. Среди авторов англоязычных публикаций выступают такие исследователи, как Адхикари А. [26], Винокуров Е.Ю. и Цукарев Т.В. [27], Гонсалес Хореги Х. [28], де Сойр Ф., Мулабдич А., Мюррей С., Роша Н. и Рута М. [29], Йоич С. [30], Казарини Н. [31], Кларк М. [32], Лейтон П. [33], Ли Ц., Цянь Г., Чжоу К.Ч., Лу Д., Лю Б. [34], Лю В., Данфорд М. [35], Лю Ц. [36], Тэубер С.Ф. [37], Халлгрен Х., Гиази Р. [38], Хараламбидес Г., Мерк О. [39], Хиллман Дж. Э. [40], Фултон Д. [41], Ю Х. [42] и другие.

Большинством исследователей отмечается, что рост китайской экономики и реализация стратегической инициативы «Один пояс и один путь» являются одними из значительнейших факторов развития современной мировой экономики в целом и целого ряда стран и регионов и указанная тема несомненна крайне актуальна для изучения и в том числе обладает значительнейшим потенциалом влияния и на состояние российской экономики.

Целью данного исследования является определение степени изменения роли Китая в мировой экономике путем сравнения его роли в 2013 г. и в 2021-2022 гг. в мировом валовом внутреннем продукте, мировом экспорте и импорте, включая и экспорт высокотехнологической продукции, во входящих и исходящих прямых иностранных инвестициях, расходах на НИОКР, количестве выданных патентов. 2013 г. соответствует началу реализации стратегической инициативы «Один пояс и один путь», 2021-2022 гг. соответствуют периоду, за который доступна последняя имеющаяся официальная статистика ООН, Всемирного банка, правительства Китая.

Научная новизна исследования заключается в комплексном многоаспектном подходе к анализу повышения роли КНР в мировом хозяйстве (рассмотрены такие аспекты, как показатель валового внутреннего продукта (ВВП) номинальный и по паритету покупательной способности (ППС), привлечение ПИИ и осуществление китайских ПИИ зарубежом, экспорт и импорт, деятельность в сфере НИОКР, патентная активность и использовании последних статистических данных ООН, Всемирного банка, правительства Китайской Народной Республике, Организации экономического сотрудничества и развития.

Результаты и обсуждение

В ноябре 2023 г. в Пекине был проведен третий форум «Пояса и пути», на котором обсуждались достижения стратегической инициативы «Один пояс и один путь» за десять лет реализации этого глобального проекта с 2013 года. В частности, председатель КНР Си Цзиньпин отметил, что в стратегической инициативе официально принимают участие более 150 стран и 30 международных организаций, также руководитель КНР высоко оценил торговлю и инвестиции как важнейшие составляющие стратегической инициативы: «благодаря совместному строительству «Одного пояса и одного пути» двери Китая во внешний мир открываются все шире и шире, и китайский рынок стал более тесно связан с мировым рынком. Китай уже является основным торговым партнером более чем 140 стран и регионов и основным источником инвестиций для все большего числа стран». Также Си Цзиньпин в своем выступлении на форуме в ноябре 2023 г. указал и главную цель инициативы «Один пояс и один путь»: «целью является общее развитие и взаимовыгодное сотрудничество», важная роль в реализации стратегической инициативы отводится модернизации Китая и других стран [43] при соблюдении высоких стандартов «зеленой» экономики [44]. Здесь важно отметить, что в китайской политической историографии под модернизацией страны прежде всего имеются в виду экономические и технологические аспекты модернизации, в частности прежде всего модернизация сельского хозяйства, промышленности, науки и техники (а также и армии).

Как известно, глобальная инициатива «Один пояс и один путь» (также в русскоязычной литературе и средствах массовой информации распространены названия «Пояс и путь», «Один пояс, один путь») была предложена председателем Си Цзиньпином в 2013 г. (в сентябре 2013 г. во время выступления в казахстанской столице г. Астане и в октябре 2013 г. во время посещения Си Цзиньпином Индонезии). В качестве основной цели стратегической инициативы было предложено «укрепление экономических связей, углубление сотрудничества и расширение пространства развития стран Евразии», для чего руководитель КНР предложил в том числе в первую очередь улучшать транспортные пути, совершенствовать трансграничную и транспортную инфраструктуру, содействовать расширению торговых потоков и инвестициям, устранять торговые барьеры и снижать инвестиционные издержки, расширять финансовые потоки, включая проведение расчетов в национальных валютах, [45] позднее важной идеей при реализации инвестиционных проектов в рамках инициативы «Пояса и пути» стало учитывание строгих экологических стандартов и принципов «зеленой экономики» [44]. Необходимо отметить, что стратегическая инициатива «Один пояс и один путь» в самом КНР принимается как предложенная руководством страны концепция государственного развития, позволяющая разрешить множество внутренних китайских проблем (к примеру, снизить уровень диспропорций в экономическом развитии регионов Китая) и установить стратегические направления развития китайских внешнеэкономических отношений. [46]

В рамках исследования с целью определения степени увеличения роли Китая в мировой экономики авторами собраны и проанализированы данные (Таблица 1), отражающие изменение роли Китая в глобальном хозяйстве с 2013 г. и до последних лет, по которым уже есть доступная статистика. Сравнивая место Китая в мировой экономике в 2013 г. и в 2022 г. (в ряде случаев – в 2021 г.), можно отметить как значительный абсолютный рост ВВП и других экономических показателей КНР, так и повышение роли китайской экономики в мире.

Таблица 1 - место Китая в мировой экономике (2013-2021/2022 гг.)

Table 1 - China's place in the world economy (2013-2021/2022)


Китай
Мир
Доля КНР в мировом показателе
Рост показа-теля Китая

2013г.
2022 г.
2013г.
2022 г.
2013г.
2022 г.

ВВП, млрд долл. США
9240,270
17963,171
74899,822
100562,011
12,34
17,86
1,45
ВВП по ППС, млрд долл. США
16162,000
30327,320
102573,000
164155,327
15,76
18,47
1,17
Внешняя торговля







Экспорт
2397,124
3715,827
20863,063
31610,000
11,49
11,76
1,02
Импорт
1552,726
2715,999
18407,743
25370,647
8,44
10,71
1,27
ПИИ входящие
123,911
189,132
1451,965
1294,738
8,53
14,61
1,71
ПИИ входящие, накопленные
956,793
3822,449
25464,173
44252,759
3,76
8,64
2,30
ПИИ исходящие
101,000
146,503
1410,696
1489,756
7,16
9,83
1,37
ПИИ исходящие, накопленные
613585,000
2931653,000
26312,635
39852,940
2,33
7,36
3,15
НИОКР (2021)
337,500
620,103
2399,182
3961,872
14,07
15,65
2,65
Экспорт высокотех-нологичной продукции (2021 )
655,900
942,315
2310,000
3450,000
28,39
27,31
0,96
Патенты заявки (тыс. шт.)
825,136
1619,268
2567,900
3457,400
32,13
46,83
1,46
Патенты получены (тыс. шт.)
207,688
798,347
1170,000
1823,200
17,75
43,79
2,47
Население, млрд человек
1376,100
1425,887
7250,593
7975,105
18,98
17,88
0,94
Источники: Рассчитано авторами по источникам [47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59]. Данные по Китайской Народной Республике в официальной статистике ООН, других международных организаций и в самом Китае представляются без Гонконга, Макао и о. Тайвань, при этом отмечается суверенитет КНР над указанными территориями.

С 2013 г., когда Председатель КНР Си Цзиньпин объявил о начале реализации инициативы «Один пояс и один путь», на начало 2023 г. годовой показатель номинального валового внутреннего продукта (ВВП) Китая вырос почти в два раза (в 1,94 раза), роль КНР в мире по этому показателю возросла в 1,45 раза – с 12,34% от общемирового показателя до 17,86%. ВВП по паритету покупательной способности (ППС) Китая также за указанный промежуток времени вырос в 1,88 раза, однако рост роли КНР в мировом показателе не настолько высок и соответствующий коэффициент составил около 1,17 (что среди прочего говорит о тенденции выравнивания показателей ВВП номинального и по ППС).

За указанный период годовой экспорт КНР в стоимостном выражении увеличился в 1,55 раза, еще значительнее вырос годовой импорт – в 1,75 раза, при этом роль Китая в мировом экспорте практически не изменилась (небольшой рост с коэффициентом 1,02 раза), соответственно рост доли КНР в мировом импорте в 1,27 раза. Стоимость годового экспорта КНР в рассматриваемый период выросла до 3,715 трлн долл. США, импорта – до 2,716 трлн долл. США.

Как известно, стремительное экономическое развитие Китая было во многом обусловлено активным привлечением прямых иностранных инвестиций (ПИИ) [60, 61], также в последние годы Китай стал одним из мировых лидеров по исходящим ПИИ. [62] Соответственно, для нашего исследования интерес представляет роль Китая в мировых входящих и исходящих ПИИ. В указанный период (2013-2022 гг.) годовые объемы входящих в КНР ПИИ увеличились в 1,53 раза, объем накопленных входящих ПИИ увеличился в 4 раза. Роль КНР в мировом объеме входящих ПИИ увеличилась в 1,71 раза (с 8,53% до 14,61% в годовом объеме мировых входящих ПИИ), однако еще больше выросла роль Китая в мировых объемах накопленных ПИИ, коэффициент роста в указанный период составил 2,3 (с 3,76% до 8,64% в объеме мировых накопленных входящих ПИИ).

В рассматриваемый период Китай уже являлся одной из важнейших стран по объемам прямых иностранных инвестиций зарубежом, в частности, в 2013 г. годовой объем китайских исходящих ПИИ превысил 100 млрд долл. США. В 2013-2022 гг. доля КНР в мировом объеме исходящих ПИИ выросла с 7,16% до 9,83% (коэффициент роста составил 1,37), в этот же период доля Китая в мировых объемах накопленных исходящих ПИИ увеличилась в 3,15 раза (здесь играет роль «эффект низкой базы», рост составил с соответствующего показателя, равного 2,33%, до 7,36%).

Интересно отметить, что в период 2013-2021 гг. (открытых статистических данных за 2022 г. авторы не нашли) почти в два раза (в 1,84 раза) выросли расходы КНР на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР) по паритету покупательной способности, однако доля Китая в мировых расходах на НИОКР по ППС увеличилась незначительно (в 1,11 раза – с 14,07% до 15,65%).

Роль КНР в экспорте высокотехнологичной продукции (в мировой практике к высокотехнологичной продукции относят ///) в период 2013-2021 гг. (открытых статистических данных за 2022 г. авторы не нашли) незначительно снизилась (коэффициент увеличения 0,96, снижение с 28,39% до 27,31%), при этом абсолютные показатели стоимости экспорта за указанный период выросли с 655,9 млрд долл. США до 942,315 млрд долл. США.

Важным аспектом мирового технологического развития является процесс подачи патентных заявок на изобретения и получения патентов на изобретения. В этом направлении Китай также добился существенных успехов, с 2013 и до 2022 гг. количество патентных заявок в КНР выросло в два раза (коэффициент 1,96), количество полученных патентов в КНР увеличилось в почти в четыре раза (коэффициент 3,84). Доля Китая в общемировом количестве патентных заявок за указанный период выросла в 1,46 раза (с 32% до почти 47%), в общемировом количестве выданных патентов – в 2,47 раза (с 17,75% до 43,79%).

Относительно такого важнейшего показателя, как численность населения, можно отметить, что в указанный период (2013-2022 гг.) население КНР увеличилось примерно на 3,62%, однако достаточно заметной в последние годы является тенденция снижения темпов роста населения, в 2022 г. отмечалось небольшое уменьшение численности жителей Китая (на 850 тыс. человек) [63].

В указанных условиях понятно, что значительнейшая роль Китая в мировой экономике (соответствующая в целом первому-второму месту среди крупнейших экономик мира) позволяет этой стране проводить действительно активную и значимую работу по развитию собственных глобальных интеграционных процессов, прежде всего выражающихся в главной китайской концепции внешнеэкономических (а также и геополитических) отношений КНР и большинства стран и территорий мира – стратегической инициативе «Один пояс и один путь», при этом несомненна и роль стратегической инициативы в экономическом развитии Китая, прежде всего в контексте создания дополнительных благоприятных условия для китайского экспорта и импорта, а также и прямых иностранных инвестиций китайских компаний в странах-участницах глобальной инициативы «Пояса и пути».

Таким образом, можно сделать вывод, что основной целью стратегии руководства Китая при реализации глобальной инициативы «Один пояс и один путь» в инвестиционном аспекте прежде всего является стимулирование экономического роста в Китае за счет содействия увеличения экспорта путем улучшения доступа к внешним рынкам сбыта, облегчение доступа к природным ресурсам и сырью, получение и разработка новых технологий, а также общее развитие и взаимовыгодное сотрудничество стран-участниц глобальной инициативы «Один пояс и один путь», при этом с начала реализации стратегической инициативы «Один пояс и один путь» роль Китая в номинальном показателе объема мирового ВВП значительно возросла, заметно выросла роль КНР как глобального импортера, по годовым объемам входящих ПИИ, и особенно по объемам накопленных входящих ПИИ, роль Китая в мировой экономике в рассматриваемый период росла значительно, также как и по годовым объемам исходящих ПИИ, и особенно по объемам накопленных исходящих ПИИ, также значительно увеличилась доля Китая в общемировых показателях по объемам расходов на НИОКР по ППС и по количеству полученных патентов.

Заключение

Проведенное исследование увеличения роли Китая в мировой экономике в контексте реализации инициативы «Пояса и пути» позволяет авторам сделать следующие выводы:

- в рамках реализации инициативы «Один пояс и один путь» интересы руководства КНР прежде всего представлены достижением задачи расширения китайских торговых потоков и инвестиций;

- с начала реализации стратегической инициативы «Один пояс и один путь» роль Китая в номинальном показателе объема мирового ВВП значительно возросла (в 1,45 раза), в показателе объема мирового ВВП по ППС рост доли КНР был значительно меньшим (1,17 раза);

- роль Китая в мировом экспорте за указанный период времени выросла незначительно, однако его роль как глобального импортера заметно растет (в 1,27 раза), при этом роль КНР как мирового экспортера высокотехнологической продукции незначительно падает;

- по годовым объемам входящих ПИИ, и особенно по объемам накопленных входящих ПИИ, роль Китая в мировой экономике в рассматриваемый период росла значительно (коэффициент увеличения – соответственно 1,71 и 2,30);

- по годовым объемам исходящих ПИИ, и особенно по объемам накопленных исходящих ПИИ, доля КНР в мировых показателях также возросла существенно (коэффициенты увеличения 1,37 и 3,15 соответственно);

- по объемам расходов на НИОКР по ППС и по количеству полученных патентов роль Китая в мировой экономике возросла примерно в два с половиной раза;

- Китай уступает свою роль наиболее населенной страны (располагаясь уже на втором месте), незначительно снижается и его доля в общем населении нашей планеты.

Среди выявленных проблем следует особо отметить факт незначительного увеличения роли Китая в мировом экспорте, что при существенном росте роли этой страны в мировом номинальном ВВП позволяет предполагать повышение фактора роли внутреннего рынка в росте китайской экономики. Также можно отметить факт незначительно снижения роли Китая в экспорте высокотехнологической продукции, что также может свидетельствовать о повышении роли внутреннего рынка для высокотехнологического сектора экономики Китая, либо говорить о повышении роли других стран в высокотехнологическом мировом экспорте. Указанный вопрос, несомненно, нуждается в дальнейших исследованиях.


Источники:

1. Абрамкина М.С. Политические риски китайского проекта «Один пояс, один путь» // Экономические отношения. – 2018. – № 3. – c. 437-444. – doi: 10.18334/eo.8.3.39280.
2. Чжао И., Гнатюк Г.А. Модернизация режима китайско-российского регионального сотрудничества в рамках инициативы «Один пояс, один путь» // Экономика: вчера, сегодня, завтра. – 2023. – № 3-1. – c. 276-284. – doi: 10.34670/AR.2023.61.87.028.
3. Михайленко А.Н. Сопряжение евразийской интеграции и китайского проекта «Один пояс - один путь» // Евразийский Союз: вопросы международных отношений. – 2018. – № 1(23). – c. 35-46.
4. Нелюбина Ю.А., Мишальченко Ю.В. Сопряжение Евразийского экономического союза и китайской инициативы «Один пояс, один путь» (международные правовые и экономические аспекты) // Ученые записки юридического факультета. – 2022. – № 1. – c. 42-48.
5. Пакулин В.С. Процессы сопряжения китайского проекта «Один пояс - один путь» и ЕАЭС в рамках концепции // Вестник Томского государственного университета. История. – 2022. – № 76. – c. 47-55. – doi: 10.17223/19988613/76/6.
6. Погребинская Е.А., Чэнь С. Анализ потенциала экономического взаимодействия между Китаем и другими странами в рамках инициативы «Один пояс – один путь» на основе стохастической модели пограничной торговой гравитации // Экономика высокотехнологичных производств. – 2021. – № 1. – c. 21-28. – doi: 10.18334/evp.2.1.111108.
7. Степанов Н.С. Китайская инициатива «Один пояс - один путь»: шансы и риски сопряжения с ЕАЭС // Мир перемен. – 2020. – № 3. – c. 170-178.
8. Юй Х., Шкваря Л.В. Исследование совместного российско-китайского строительства «Ледяного шелкового пути» // Вопросы инновационной экономики. – 2021. – № 2. – c. 833-848. – doi: 10.18334/vinec.11.2.112006.
9. Лю Я. Энергетическое сотрудничество КНР со странами СНГ в контексте реализации инициативы «Один пояс - один путь» // Постсоветские исследования. – 2022. – № 3. – c. 263-277.
10. Чу Л., Ма Л. Этапы развития инициативы Китая «Зеленый шелковый путь» // Общество: политика, экономика, право. – 2022. – № 3(104). – c. 12-19. – doi: 10.24158/pep.2022.3.1.
11. Чэнь Сюэ, Цию Минфэн Возможности и вызовы в процессе продвижения инициативы «Один пояс, один путь» в Китае // Креативная экономика. – 2018. – № 8. – c. 1065-1072. – doi: 10.18334/ce.12.8.39275.
12. Чжан Сяосюэ, Яо Яо Проблемы логистических каналов китайско-российской приграничной торговли и анализ контрмер для их решения в контексте проекта «Один пояс и один путь» // Креативная экономика. – 2021. – № 2. – c. 573-590. – doi: 10.18334/ce.15.2.111701.
13. Чжан Ц. Риск прямых инвестиций Китая в Россию на фоне «Одного пояса, одного пути» // Инновации и инвестиции. – 2023. – № 1. – c. 17-20.
14. Хуэйжун Ч. Необходимость, осуществимость и выбор пути сопряжения большого евразийского партнерства и инициативы «Один пояс - один путь» // Вестник РГГУ. Серия: Евразийские исследования. История. Политология. Международные отношения. – 2021. – № 1. – c. 109-116. – doi: 10.28995/2686-7648-2021-1-109-116.
15. Ван Биньи Изучение трансформации и модернизации китайских портов, задействованных в реализации инициативы «Один пояс и один путь». - Пекин, 2019. – 182 c.
16. Ван Дэхун «Один пояс и один путь»: Бизнес-модель и управление рисками. - Пекин, 2022. – 348 c.
17. Ван Лу Исследование международного сотрудничества, государственных культурных особенностей и зарубежных кредитных рисков инициативы «Один пояс и один путь». - Пекин, 2019. – 196 c.
18. Хельга Зепп-Ларуш, Уильям Джонс От «Одного пояса и одного пути» к мировому континентальному мосту. - Нанкин, 2019. – 406 c.
19. Дэн Цзюган Хух-Хото и «Один пояс и один путь». - Хух-Хото, 2019. – 200 c.
20. Инь Цзяинь Исследование комплексной системы оценки зарубежных нефтяных проектов Китая в рамках «Одного пояса и одного пути». - Пекин, 2022. – 192 c.
21. Лю Юфа Стратегия предприятия инициативы «Один пояс и один путь». - Пекин, 2020. – 358 c.
22. Ма Цзяньтан Исследование механизма международного сотрудничества инициативы «Один пояс и один путь». - Пекин, 2019. – 202 c.
23. Сяо Юйчунь Изучение модели международных деловых операций чжэцзянских предпринимателей в Европе в контексте реализации инициативы «Один пояс и один путь». - Ханчжоу, 2018. – 256 c.
24. Цзоу Лэй «Один пояс и один путь» – китайское решение для взаимовыгодного сотрудничества. - Шанхай, 2016. – 222 c.
25. Цзян Чжиган Ведущая роль финансовой поддержки в строительстве «Пояса и пути» // Международное экономическое сотрудничество. – 2014. – № 9. – c. 59-63.
26. Adhikari Ashish Belt and Road Initiative and Nepal’s Economic Perspective: Regionality and Specificity // Kathmandu School of Law Review. – 2018. – № 1. – p. 41-52. – doi: 10.46985/jms.v6i1.947.
27. Adhikari Ashish Belt and Road Initiative and Nepal’s Economic Perspective: Regionality and Specificity // Kathmandu School of Law Review. – 2018. – № 1. – p. 41-52. – doi: 10.46985/jms.v6i1.947.
28. Vinokurov E., Tsukarev T. The Belt and Road Initiative and the Transit Countries: an Economic Assessment of Land Transport Corridors // Area Development and Policy. – 2018. – № 1. – p. 93-113.
29. Gonzalez Jauregui J. Latin American countries in the BRI: challenges and potential implications for economic development // Asian Education and Development Studies. – 2021. – № 3. – p. 348-358. – doi: 10.1108/AEDS-08-2019-0134.
30. F. de Soyres, Mulabdic A., Murray S., Rocha N., Ruta M. How Much Will the Belt and Road Initiative Reduce Trade Costs? // International Economics. – 2019. – p. 151-164.
31. Jojić Stefan. How Serbia perceives ‘The Belt and the Road’ initiative and 16+1 Cooperation, China-CEE Institute Working Paper. - November 2017. - pp. 1–12
32. Casarini N. Rome-Beijing: Changing the Game. Italy’s Embrace of China’s Connectivity Project, Implications for the EU and the US. Iai.it. [Электронный ресурс]. URL: https://www.iai.it/sites/default/files/iaip1905.pdf,.
33. Clarke M. The Belt and Road initiative: Exploring Beijing’s Motivations and Challenges for its new Silk Road // Strategic Analysis. – 2018. – № 2. – p. 84-102. – doi: 10.1080/09700161.2018.1439326.
34. Layton P. Artificial intelligence, big data and autonomous systems along the belt and road: towards private security companies with Chinese characteristics? // Small wars & insurgencies. – 2020. – № 4. – p. 874-897. – doi: 10.1080/09592318.2020.1743483.
35. Li J., Qian G., Zhou K.Z. et al. Belt and Road Initiative, globalization and institutional changes: implications for firms in Asia // Asia Pacific Journal of Management. – 2022. – p. 843-856. – doi: 10.1007/s10490-021-09770-0.
36. Liu Weidong, Michael Dunford Inclusive globalization: unpacking China’s Belt and Road initiative // Area Development and Policy. – 2016. – № 3. – p. 1-18. – doi: 10.1080/23792949.2016.1232598.
37. Zoukui Liu Central and Eastern Europe in Building the Silk Road Economic Belt // IES Working Paper Series on European Studies. – 2014. – p. 1-12.
38. Simon F. Taeuber Reconstructing the Silk Road: Norm Contestation in Sino-European Relations in Times of the Belt and Road Initiative // Journal of Rising Powers and Global Governance. – 2020. – № 1. – p. 31-65.
39. Henrik Hallgren, Richard Ghiasy Security and economy on the belt and road: three country case studies // SIPRI Insights on Peace and Security. – 2017. – № 4. – p. 1-11.
40. Hercules Haralambides, Olaf Merk The Belt and Road Initiative: Impacts on Global Maritime Trade Flows. International Transport Forum Discussion Papers. [Электронный ресурс]. URL: https://www.itf-oecd.org/sites/default/files/docs/belt-road-initiative-maritime-trade-flows_1.pdf.
41. Hillman J.E. How Big Is China’s Belt and Road?. Csis.org. [Электронный ресурс]. URL: https://www.csis.org/analysis/how-big-chinas-belt-and-road.
42. Jonathan Fulton China-UAE Relations in the Belt and Road Era // Journal of Arabian Studies. – 2019. – № 2. – p. 253-268. – doi: 10.1080/21534764.2019.1756135.
43. Yu Hong Motivation behind China’s ‘One Belt, One Road’ initiatives and Establishment of the Asian infrastructure investment Bank // Journal of contemporary China. – 2016. – № 105. – p. 353-368. – doi: 10.1080/10670564.2016.1245894.
44. Программная речь Си Цзиньпина на церемонии открытия III форума международного сотрудничества «Пояс и путь». Сайт Центрального Народного Правительства Китайской Народной Республики. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gov.cn/yaowen/liebiao/202310/content_6909882.htm (дата обращения: 18.01.2024).
45. Болаев А.В., Бондаренко В.А. Десять лет с начала реализации Китайской стратегической инициативы «Один пояс и один путь»: экологизация и «зеленое» развитие // Наука, инновации, образование: актуальные вопросы XXI века: Сборник статей VIII Международной научно-практической конференции. Пенза, 2023. – c. 83-86.
46. Выступление Си Цзиньпина в Назарбаев Университете в Казахстане. Сайт Центрального Народного Правительства Китайской Народной Республики. [Электронный ресурс]. URL: https://www.gov.cn/ldhd/2013-09/08/content_2483565.htm?eqid=af48b5300000a09a000000056464de0f (дата обращения: 18/01/2024).
47. Болаев А.В. Китайская концепция «Один пояс и один путь»: возможности и перспективы привлечения прямых иностранных инвестиций для России // Вестник РАЕН. – 2016. – № 5. – c. 81-86.
48. Gdp, ppp. Worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://data.worldbank.org/indicator/NY.GDP.MKTP.PP.CD (дата обращения: 01.02.2024).
49. Gdp. Worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://data.worldbank.org/indicator/NY.GDP.MKTP.CD (дата обращения: 01.02.2024).
50. World Trade Summary 2013. Worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://wits.worldbank.org/CountryProfile/en/Country/WLD/Year/2013/Summarytext (дата обращения: 01.02.2024).
51. Exports of goods and services. Data.worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://data.worldbank.org/indicator/BX.GSR.GNFS.CD?most_recent_value_desc=true (дата обращения: 01.02.2024).
52. Gross domestic product 2022, PPP. Worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://databankfiles.worldbank.org/public/ddpext_download/GDP_PPP.pdf (дата обращения: 01.02.2024).
53. UNCTAD World Investment Report 2014: Investing in the SDGs: An Action Plan. / Annex table 1. FDI flows, by region and economy, 2008–2013; Annex table 2. FDI stock, by region and economy, 1990, 2000, 2013. - Geneva - UN. – 2014
54. UNCTAD World Investment Report 2023: Investing in sustainable energy for all. / Annex table 1. FDI flows, by region and economy, 2017–2022, Annex table 2. FDI stock, by region and economy, 2000, 2010, 2021 and 2022. - Geneva - UN. – 2023
55. Gross domestic spending on R&D. Oecd.org. [Электронный ресурс]. URL: https://data.oecd.org/rd/gross-domestic-spending-on-r-d.htm (дата обращения: 01.02.2024).
56. High-technology exports. Worldbank.org. [Электронный ресурс]. URL: https://data.worldbank.org/indicator/TX.VAL.TECH.CD (дата обращения: 01.02.2024).
57. World Intellectual Property Indicators 2014. World Intellectual Property Organization. Geneva. - 2014
58. World Intellectual Property Indicators 2023. World Intellectual Property Organization. Geneva. - 2023
59. Global Population 2024 (Past, Present & Future). Database.earth. [Электронный ресурс]. URL: http://www.database.earth (дата обращения: 01.02.2024).
60. Болаев А.В. Отраслевая структура привлечения прямых иностранных инвестиций: опыт Китая // Вестник Калмыцкого института социально-экономических и правовых исследований. – 2007. – № 2(15). – c. 46-53.
61. Мантаева Э.И., Болаев А.В. Влияние прямых иностранных инвестиций на модернизацию экономики КНР // Вестник Российского государственного торгово-экономического университета (РГТЭУ). – 2010. – № 5(43). – c. 62-73.
62. Болаев А.В. Инвестиционная активность Китая в проекте «Один пояс и один путь» // Вопросы инновационной экономики. – 2023. – № 4. – c. 1825-1834. – doi: 10.18334/vinec.13.4.120105.
63. Китайский статистический ежегодник 2023. / Таблица 2-1. Население и его состав. - Пекин, 2023.

Страница обновлена: 16.04.2024 в 10:49:54