Ответственное корпоративное управление при минимизации корпоративного налогообложения

Донцова О.И.1, Засько В.Н.1
1 Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации

Статья в журнале

Экономика, предпринимательство и право
Том 11, Номер 12 (Декабрь 2021)

Цитировать:
Донцова О.И., Засько В.Н. Ответственное корпоративное управление при минимизации корпоративного налогообложения // Экономика, предпринимательство и право. – 2021. – Том 11. – № 12. – doi: 10.18334/epp.11.12.114002.

Аннотация:
В настоящее время все большее распространение получает концепция ответственного экологического, социального и корпоративного управления (ESG). Использование модели ответственного корпоративного управления в сфере налогового администрирования открывает окно возможностей для формирования динамической системы мониторинга корпоративных схем минимизации налогообложения. Одновременно с этим, внедрение ESG практик создает дополнительную возможность для манипулирования налоговыми данными, что требует реализации методологии дополнительного регулирования. В статье предлагается обзор методов использования критериев ESG в целях предупреждения рисков минимизации налогообложения корпоративным сектором. Статья может быть интересна всем, кто исследует вопросы оптимизации налогообложения, а также вопросы интегрирования стандартов ESG в практику налогового администрирования.

Ключевые слова: ESG, ответственное управление, налоговая минимизации, налоговый мониторинг, налоговое администрирование

JEL-классификация: M14, H21, H25



ВВЕДЕНИЕ

Действия в сфере экологического, социального и корпоративного управления, известные под аббревиатурой ESG, в последнее время становятся стандартом этического и ответственного ведения хозяйственной деятельности корпоративными структурами.

Политика внедрения ESG стандартов представляет собой модель корпоративного управления, которая объединяет вовлеченность корпоративного сектора в решение социальных и экологических проблем развития мировой экономики [1], [2].

Концепция ответственного управления ESG разработана ООН как концептуальная модель ответственного инвестирования, которая рекомендуется как один из факторов оценки эффективности инвестиционных решений.

В настоящее время ESG критерии оценки инвестиционных решений получают все большее распространение в бизнес-процессах консалтинговых компаний, финансовых консультантов, банков, институциональных инвесторов и корпоративного сектора. Базовым инструментом реализации ESG политики в процессе принятия инвестиционных решений являются ESG баллы, показывающие степень вовлеченности оцениваемого проекта в устойчивое социальное и экологическое развитие [3], [4].

Помимо инвестиционной составляющей, ESG концепция активно касается государственного управления в бюджетно-налоговой сфере. Целью данной статьи является выявление перспективных методов налогового администрирования, включающих в себя практики ответственного экологического и социального управления (ESG)

Основная часть

Сфера налогового планирования также является значительной составляющей процесса принятия инвестиционных решений. Это объясняется тем фактом, что ключевой задачей корпоративного управления является максимизация благосостояния акционеров проекта, а налоговое планирование является существенным инструментом управления затратами в корпоративном секторе [5].

По факту, манипулирование налоговыми платежами с целью их минимизации является обычной корпоративной практикой. При этом социальная ответственность корпоративного сектора зачастую не является одним из критериев эффективной политики налогового планирования [6].

В теории модель социально ответственного принятия бизнес-решений подразумевает веру корпоративных менеджеров в правильность стратегии социальной и экологической ответственности бизнеса и включение данной веры в бизнес-процессы компаний.

Одновременно с этим, политика агрессивной минимизации налогообложения корпоративным сектором представляется в современном обществе, как неэтичная, аморальная и, во многих случаях, противозаконная. Рисками применения корпоративной политики агрессивной минимизации налогообложения выступают дисквалификация высшего управленческого состава фирмы, политическое давление, негативное общественное мнение, потенциальный бойкот со стороны ряда потребителей и т.д. [7], [8].

В данном контексте ESG критерий может выступать одним из индикаторов вероятности использования той или иной фирмой агрессивных инструментов уклонения от уплаты налогов. Внедрение ESG критериев в практику оценки ответственности корпоративного сектора может стать дополнительным фактором сдерживания менеджмента от практики манипулирования доходами и расходами предприятий с целью снижения налоговой нагрузки.

В настоящее время существует ряд исследований, которые подтверждают гипотезу о том, что применение ESG оценок к предприятиям, менеджмент которых был замешан в практиках агрессивной минимизации налогообложения, снижает вероятность повторного применения практик налоговой оптимизации [9].

Соответственно, фирма с более низким баллом ESG не склонна использовать уклонение от уплаты налогов, что потенциально подразумевает положительную связь между двумя переменными. Эта теория выдвигает на первый план уклонение от уплаты налогов как инструмент управления рисками в отношении репутации.

В исследованиях корпоративной социальной ответственности крайне важным является использование стандартизированной и унифицированной информации относительно выполнения корпоративным сектором норм и критериев ответственного инвестирования.

Таким образом, оценка ESG может измерять эффективность корпоративного управления в области экологического, социального и корпоративного управления. Точнее, экологические показатели предприятия указывают на усилия его менеджмента по сокращению потребления ресурсов и минимизации углеродного следа. Социальная деятельность предприятия отражает уважение его менеджментом прав человека, качество условий труда, ответственность продукта и отношения с общественностью и государством. Наконец, эффективность корпоративного управления предприятия относится к правам и обязанностям высшего руководства фирмы относительно принятым в обществе стандартам менеджмента проектов.

Оценки ESG, публикуемые внешними рейтинговыми агентствами, такими как Bloomberg, Thomson Reuters Eikon, широко используются в научной литературе и на практике оценки степени ответственности конкретной корпорации.

Тем не менее, большая часть этих данных сосредоточена в первую очередь на рынке США и не предоставляет финансовых и корпоративных данных для конкретной страны, в частности для России [10].

Ряд международных теоретических и прикладных исследований показывают, что модель поведения предприятий, направленная на агрессивную минимизацию налогообложения, мотивируется множеством разнонаправленных факторов.

В частности М. Десаи и Д. Дхармапала обосновывают, что увеличение стимулирующей компенсации высшего менеджмента корпорации, как правило, снижает уровень налоговой защиты, предполагая дополнительную взаимосвязь между утечкой и защитой, что приводит к выводу, что деятельность по уклонению от уплаты налогов становится все более важной для принятия корпоративных финансовых решений [11].

В контексте теории культуры и уклонения от уплаты налогов более активное участие в практике ответственного корпоративного управления подразумевает меньшую тенденцию к уклонению от уплаты налогов.

Ответственное корпоративное управление - это убежденность в правильности выбранной ответственной модели корпоративного поведения и действий.

Таким образом, более социально ответственное предприятие пытается избежать налоговых манипуляций, которые влекут за собой издержки для их общества.

Например в исследовании К. Хоя и соавторов эффективно продемонстрировано, что фирмы с чрезмерно безответственной деятельностью в области корпоративно ответственного управления имеют более высокую вероятность участия в деятельности по агрессивной минимизации налогообложения и более значительных дискреционных / постоянных разницах в управленческом, бухгалтерском и налоговом видах учета [12], [13].

Интересно, что исследования международных фирм усиливают аргументы в пользу отрицательной связи между корпоративным ответственным управлением и агрессивной политикой минимизации налогообложения. Основываясь на международной выборке из 6442 наблюдений за временной интервал в период с 2006 по 2014 гг., Е. Лопес-Гонсалес и др. обнаружили, что эффективность компаний в социальной и экологической сферах отрицательно связана с налоговой оптимизацией, а это означает, что компании с социально ответственными показателями демонстрируют модель поведения с более низкой вероятностью применения агрессивной налоговой минимизации [14]. Контрольными переменными были натуральный логарифм отношения общей суммы долга к общему капиталу, коэффициент Тобина, натуральный логарифм общих активов и отношение НИОКР. Используя модели регрессии панельных данных, исследователи пришли к выводу, что фирмы с большой приверженностью деятельности в области корпоративной социальной ответственности демонстрируют меньшую приверженность к агрессивной налоговой минимизации.

В своем исследовании С. Джонс с соавторами также идентифицировали отрицательную связь между приверженностью к ответственному корпоративному управлению и трансграничной налоговой оптимизацией. Исследователи учитывали такие критерии, как размер предприятия, отрасль, регион и другие факторы. Однако, когда их выборки были проанализированы по регионам, связь между корпоративной социальной ответственностью и агрессивной налоговой минимизацией была значимой в азиатской подвыборке, но в значительной степени незначительной в подвыборках из Северной Америки, Европы и Великобритании. В их исследовании контрольными переменными были следующие: натуральный логарифм рыночной стоимости капитала, доля акций инсайдеров, рентабельность активов, кредитное плечо, денежные средства и другие рыночные ценные бумаги, основные средства, общий объем продаж, рынок отношение к балансовым показателям, операционные денежные потоки [15].

Одновременно с этим исследования китайских коллег показывает, что ответственное корпоративное управление может служить эффективным инструментом стратегии минимизации налогообложения предприятий. Так, в проведенном анализе предприятий корпоративного сектора Китая была выявлена более высокая приверженность минимизации налогообложения у компаний декларирующих ответственное корпоративное управление. В своем исследовании К. Мао использовал пробит-модель и регрессионный анализ для примерно 20 000 китайских компаний, котирующихся на бирже, с 2009 по 2016 годы. Контрольными переменными были размер фирмы, левередж, рентабельность активов (ROA), изменения выручки от продаж, интенсивность нематериальных активов и абсолютная стоимость аномальных начислений, скорректированных по результатам деятельности. Автор пришел к выводу, что, поскольку менеджеры фирм могут стратегически использовать ответственное корпоративное управление как средство для сокрытия моделей агрессивной минимизации налогообложения, а также к выводу, что китайское правительство должно проводить аудит критериев ответственного корпоративного управления для надзора за деятельностью корпоративного сектора в ESG сфере [16].

В дополнение к исследованию китайских экономистов, Р. Ланис с соавторами представили работу, в которой раскрывается устойчивая положительная взаимосвязь между уровнем раскрытия показателей ответственного корпоративного управления и налоговой агрессивностью. В период с 2001 по 2006 год исследователи использовали основанную на выборе выборку из 40 корпораций, которая состояла из 20 налоговых агрессивных фирм и 20 неналоговых агрессивных фирм, с использованием различных статистических методов, таких как статистика парных выборок, корреляционный анализ Пирсона и обычные методы наименьших квадратов. Основными контрольными переменными для сопоставимых выборок были натуральный логарифм общих активов, долгосрочная задолженность, разделенная на общие активы, чистые основные средства, разделенные на общие активы, рыночная стоимость капитала, разделенная на балансовую стоимость капитала, и предварительная - налоговый доход, деленный на общую сумму активов. Кроме того, ложная переменная использовалась, чтобы проверить, была ли корпорация обвинена в налоговой агрессивности налоговой службой [17].

Таким образом, выявлено, что использование практик и критериев ответственного социального и экологического инвестирования может быть довольно эффективным инструментом формирования дисциплины корпоративных налогоплательщиков. Одновременно с этим, возникает риск манипулирования показателями ESG с целью сокрытия схем налоговых оптимизаций. Решением данной проблемы будет создание системы предиктивного мониторинга налогоплательщиков на основе цифрового анализа больших данных.

Заключение.

В настоящее время перед государственными органами, осуществляющими налоговое администрирование, открывается возможность использования дополнительного инструмента оценки налогоплательщиков - критерии ESG, как отражение ответственности корпоративного управления предприятий. С одной стороны, приверженность данным критериям со стороны бизнеса может сигнализировать о применении модели управленческого поведения с уклоном на нивелирование инструментов налоговой минимизации. С другой стороны, применение практик ответственного ESG инвестирования может стать предметом манипуляций со стороны отдельных участников бизнес-сообщества, что требует разработки новых методологий налогового мониторинга.


Источники:

1. Commission of the European Communities Promoting a European Framework for Corporate Social Responsibility (COM 2001). - Brussels, Belgium: European Commission, 2001. – 1-32 p.
2. Чернышова М.В. ESG и ответственное институциональное инвестирование // Научные труды Вольного экономического общества России. – 2021. – № 3. – p. 98-120. – doi: 10.38197/2072-2060-2021-229-3-98-120 .
3. Gillian S.L., Kock A.. Starks L.T. Firms and social responsibility: A review of ESG and CSR research in corporate finance // Journal of Corporate Finance. – 2021. – p. 101889. – doi: 10.1016/j.jcorpfin.2021.101889.
4. Ивашковская И.В., Волотовская О.А. Устойчивость роста компаний с развивающихся рынков капитала: эмпирический анализ // Корпоративные финансы. – 2012. – № 4(24). – c. 5-31.
5. Graham J.R. Taxes and corporate finance: A review // Review of Financial Studies. – 2003. – p. 1074-1128. – doi: 10.1093/rfs/hhg033.
6. Kreps D.M. Perspectives on Positive Political Economy. / 1st ed. - Cambridge, UK: Cambridge University Press, 1990. – 90-142 p.
7. Chen S., Schuchard K., Stomberg B. Media Coverage of Corporate Taxes // Accounting Review. – 2019. – № 5. – p. 83-116. – doi: 10.2308/accr-52342.
8. Сошко И.А. Налоговая оптимизация: к теории вопроса // Oeconomia et Jus. – 2016. – № 2. – c. 25-29.
9. Godfrey P. The Relationship Between Corporate Philanthropy and Shareholder Wealth // Academy of Management Review. – 2002. – № 4. – p. 777-798. – doi: The Academy of Management Review.
10. Desai M.A., Dharmapala D. Corporate Tax Avoidance and High-powered Incentives // Journal of Financial Economics. – 2006. – № 1. – p. 41-61.
11. Yoon B.H., Lee J.H. Corporate Social Responsibility and Information Asymmetry in the Korean Market: Implications of Chaebol Affiliates // Journal of Asian Finance Economics and Business. – 2019. – № 1. – p. 21-31. – doi: 10.13106/jafeb.2019.vol6.no1.21.
12. Чичанин М.А. Налоговое планирование и незаконная минимизация налогообложения: генезис понятия // Устойчивое развитие науки и образования. – 2018. – № 3. – c. 38-42.
13. Hoi C.K., Zhang Q.W., Zhang H. Corporate Social Responsibility (CSR) Associated with Tax Avoidance? Evidence from Irresponsible CSR Activities // The Accounting Review. – 2013. – p. 2025-2059. – doi: 10.2308/accr-50544.
14. López-González E., Martínez-Ferrero J., García-Meca E. Does corporate social responsibility affect tax avoidance: Evidence from family firms // Corporate Social Responsibility and Environmental Management. – 2019. – № 2. – p. 819-831. – doi: 10.1002/csr.1723.
15. Jones S., Baker M., Lay B.F. The relationship between CSR and tax avoidance: An international perspective // Australian Tax Forum. – 2017. – № 1. – p. 95-128.
16. Mao C. Effect of corporate social responsibility on corporate tax avoidance: Evidence from a matching approach // Quality & Quantity. – 2019. – № 4. – p. 49-67. – doi: 10.1007/s11135-018-0722-9.
17. Lanis R., Richardson G. Corporate social responsibility and tax aggressiveness: A test of legitimacy theory // Accounting, Auditing and Accountability Journal. – 2012. – № 1. – p. 75-100. – doi: 10.1108/09513571311285621.

Страница обновлена: 24.12.2021 в 11:35:59