Креативный кластер или творческая бизнес-экосистема?

Бусалова А.Д.1
1 Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова, Россия, Москва

Статья в журнале

Креативная экономика (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 15, Номер 11 (Ноябрь 2021)

Цитировать:
Бусалова А.Д. Креативный кластер или творческая бизнес-экосистема? // Креативная экономика. – 2021. – Том 15. – № 11. – С. 4215-4224. – doi: 10.18334/ce.15.11.113807.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=47370859
Цитирований: 5 по состоянию на 07.12.2023

Аннотация:
В условиях трансформации общества и бизнес-среды происходит пересмотр подходов к организации деятельности. Развитие творческого потенциала позволяет создавать новые творческие объединения, тем самым развивая экономику различных отраслей. Новые формы организаций, такие как бизнес-экосистемы, могут стать одной из вариаций существования креативных кластеров. Автора интересует поиск новых подходов к развитию бизнес-сообщества. В проведенном исследовании автор рассматривает мнение научного общества на развитие экосистем и креативных кластеров и их возможность интеграции между собой. Данная статья будет полезна для исследователей, рассматривающих проблемы формирования экосистем и креативных кластеров.

Ключевые слова: бизнес-процессы, бизнес-экосистемы, креативные кластеры, креативная экономика, креативные продукты

Финансирование:
Статья написана в рамках внутреннего гранта РЭУ им Г.В. Плеханова на выполнение НИР молодежными коллективами под руководством ведущих учёных. Тема НИР \\\"Современные подходы к управлению креативным производством товаров и услуг\\\" утверждена приказом №865 от 28.06.2021.

JEL-классификация: M11, M21, O31



Введение

Сегодня часто говорится о зависимости творчества и экономики, поднимается важность наличия креативного мышления у предпринимателей для экономического роста и развития в различных отраслях. В современных условиях международной конкуренции очень важно сделать акцент на инновации и дифференциации как источниках конкурентных преимуществ. Действительно, креативность и инновация, по сути, являются частью одного и того же процесса; креативность можно определить как способность сочетать значения и элементы новыми способами, а инновацию – как способность и смелость превращать творческие идеи в новые продукты, услуги и практики.

Факторы «творческого поворота», которые встречаются в современных научных публикациях, включают текущие изменения в промышленном массовом производстве и международном разделении труда, которые требуют новых источников устойчивого роста и добавленной стоимости в (развитых) экономиках. Эти изменения связаны с долгосрочным сдвигом в структуре экономики, поскольку по отношению к ВВП доля услуг по-прежнему растет, в то время как доля промышленности, производящей материальную продукцию, сокращается. Технологическое развитие, в частности информационно-коммуникационные технологии как универсальная технология и то, как она обеспечивает постоянно растущую цифровизацию товаров и услуг, быстро меняет общество. Цифровизация бросает вызов существующей практике, одновременно создавая новые возможности для создания нематериальной ценности. Изменения в образе жизни и ценностях также являются важными факторами, влияющими на восприятие и предпочтения потребителей и повышающими спрос на нематериальные услуги и опыт. Цель данной статьи – проследить перспективы коллабораций и создания креативных продуктов для современного общества. Научная новизна данного исследования заключается в поиске взаимосвязей между развитием креативных кластеров и формированием бизнес-экосистем.

Материалы и методы исследования

Сбор и анализ литературы помогает составить полноценную картину изучаемой проблемы. Для выстраивания понимания основных отличий между креативным кластером и бизнес-экосистемой рассмотрим основные взгляды различных авторов.

На сегодняшний день термин «бизнес-экосистема» набирает огромные обороты распространения в научной и бизнес-среде. Все большее количество авторов рассматривают данное понятие, стараясь систематизировать и определить его сущность.

Говоря о бизнес-экосистеме, мы подчеркиваем совершенно иную структуру: сеть из множества различных игроков, которые прямо или косвенно связаны друг с другом. Кроме того, существует ряд катализаторов, таких как юридические фирмы, финансовые учреждения, медиакомпании и другие консультанты, которые продвигают и поддерживают активный обмен компаниями. В экосистеме все игроки так или иначе взаимодействуют друг с другом в самоорганизующейся среде. В этом случае каждый зависит от всех остальных. Такая экосистема устойчива, потому что в ней нет одного доминирующего игрока и потому что она обладает гибкостью для лучшей обработки внутренних дисфункций, а также внешних потрясений.

Для более полной характеристики рассматриваемого вопроса были изучены работы М. Рассела и К. Дэвлина, которые понимают под инновационными экосистемами «сети устойчивых связей между людьми, организациями и их решениями, возникающие на базе совместного видения (shared vision) в отношении желательных преобразований» [7] (Russell et al., 2011).

Нам хочется отметить, что, анализируя определения экосистемы с позиции теории систем в экономической научной среде, можно увидеть различные мнения исследователей по данному вопросу.

Весьма полезными для нас оказались результаты исследований Г.Б. Клейнера, который рассматривает бизнес-экосистемы как «локализованные системы организаций, бизнес-процессов, инновационных проектов и инфраструктурных комплексов, способные функционировать на длительном промежутке времени за счет кругооборота ресурсов и различных продуктов» [14] (Kleyner, 2018).

В своих работах И. Денисов, М. Умнова и М. Хачатурян отмечают также о важности проведения социального аудита, который помогает организациям при создании новой сети взаимодействия участников. Стоит отметить, что главная мотивация для среднего бизнеса для проведения корпоративной социальной ответственности в деятельности заключается в привлечении и сохранении квалифицированных кадров (78% – респонденты в России, 65% – в мире), в управлении расходами (68% – в России, 63% – в мире), а также общественное мнение, репутация бренда (64% – в России, 56% – в мире), став вторым и третьим соответственно [3] (Denisov, Khachaturyan, Umnova, 2018).

Рассмотрим также понятие креативных кластеров. На сегодняшний день основным определением данного термина можно считать следующее С. Эванса: креативный кластер – это сообщество творчески ориентированных предпринимателей, которые взаимодействуют на замкнутой территории [13] (Busalov, Busalova, 2021).

Марлен Комаровски рассматривает медиакластеры. В своей статье он отмечает, что «одна из самых фундаментальных проблем при анализе медиа-кластеров – это сопоставимость феномена. Например, как можно сравнить характеристики кластера, исследованные на аудиовизуальных организациях в лондонском Сохо, с кластером новых медиа в Берлине? Это похоже на идею о часто игнорируемом аспекте пространственных закономерностей совместного размещения кластеров, разделяющих одно и то же географическое пространство» [8] (Mads Bruun Ingstrup, Susanne Jensen, Poul Rind Christensen, 2017).

А вот Мадс Бруун Ингструп, Сюзанна Йенсен и Пол Ринд Кристенсен рассмотрели данный феномен как объединение организаций вокруг знаний. Они рассматривают креативный кластер как управляемый фирмой кластер, в котором доминировала синтетическая база знаний, а затем превратился в художественный и творческий кластер с преобладающей базой знаний символического характера. В последние несколько лет кластер был сосредоточен на организациях знаний и их научных знаниях, и все чаще он принимал аналитическую базу знаний за счет других баз знаний. Таким образом, накопление знаний и источники знаний в кластере и вокруг него изменились в результате этих преобразований. Это развитие стимулировалось рядом эндогенных и экзогенных инициирующих событий, некоторые из которых позже превратились в уже существующие условия, такие как организации, политические инициативы и модели взаимодействия и сотрудничества. В целом эти результаты имеют значение для формирования кластерных баз знаний, учитывая то, как они возникают, изменяются и сочетаются, а также как это влияет на состав участников, видов деятельности и ресурсов кластера [7] (Russell et al., 2011).

Люсия Муньос Паскуаль, Хесус Галенде, как и предыдущие авторы, считают, что кластеры выстраиваются вокруг знаний и мотивации людей в коллективе. Сотрудники с высоким уровнем управления мотивацией более креативны. Более того, учитывая признание как внутреннего, так и внешнего подхода к мотивации в организациях, стоит изучить обе точки зрения позиции творчества. Авторы утверждают, что: «доверие, самореализация и желания – причины быть более творческий – таким образом, чем выше внутренняя мотивация, тем больше у сотрудников мотивации для генерации новых идей и развития бизнеса» [6] (Lucía Muñoz Pascual, Jesús Galende, 2017).

Сфера таких исследований весьма разнообразна и получила освещение в ряде научных направлений. Хотя эти два термина часто используются как синонимы по отношению к инновационным центрам, мы убеждены, что между ними есть разница. Под креативным кластером обычно понимают группу субъектов инновационной деятельности в определенной отрасли, объединяющихся в ключевых местах. А под бизнес-экосистемой – ряд взаимодействующих организаций в рамках единого цифрового контура.

Обсуждение

У автора возникает следующий вопрос: все же может ли быть креативное объединение – бизнес-экосистемой? И готово ли оно обслуживать потребности конечного потребителя? Действительно ли креативные решения молодых предпринимателей могут стать наиболее прорывными для рынка сбыта?

Для определенной категории товаров и услуг, таких как, например, одежда, предметы домашней утвари и т.д., работа в творческом кластере порождает возможности для развития новых связей между участниками.

Создание креативной бизнес-экосистемы на данный момент возможно не в полной мере, так как на данный момент все организации более вовлечены в производство таких товаров, не готовы создать полную инфраструктуру для полноценного функционирования. Хотя компьютерные разработки и похожие могут являться частью большой экосистемы.

Заключение

Развитие креативных кластеров является важной составляющей для развития культурной или творческой работы, которая позволяет предпринимателям творческих направлений развивать свой бизнес за счет коллабораций с другими организациями. Несомненно, на сегодняшний день государство заинтересовано в создании пространств на месте бывших заводов, тем самым стимулируя экономический рост за счет создания площадок для торговли.


Источники:

1. Chapain C., Sagot-Duvauroux D. Cultural and creative clusters – a systematic literature review and a renewed research agenda // Urban Research & Practice. – 2018. – № 13(1). – p. 1-30. – doi: 10.1080/17535069.2018.1545141.
2. Donghun Yoon The regional-innovation cluster policy for R & D efficiency and the creative economy: with focus on Daedeok Innopolis // Journal of Science and Technology Policy Management. – 2017. – № 8(2). – doi: 10.1108/ JSTPM-09-2016-0025.
3. Denisov I. V., Khachaturyan M. V., Umnova M. G. Corporate social responsibility in Russian companies: Introduction of social audit as assurance of quality // Quality - Access to Success. – 2018. – № 164. – p. 63-73.
4. Ilaria Mariotti, Carolina Pacchi, Stefano Di Vita Coworking Spaces in Milan: Location Patterns and Urban Effects // Journal of Urban Technology. – 2017. – № 24(6). – p. 1-20. – doi: 10.1080/10630732.2017.1311556.
5. Marchegiani L. From Mecenatism to crowdfunding: engagement and identification in cultural-creative projects // Journal of Heritage Tourism. – 2017. – № 13(10). – p. 1-9. – doi: 10.1080/1743873X.2017.1337777.
6. Lucía Muñoz Pascual, Jesús Galende The impact of knowledge and motivation management on creativity: employees of innovative Spanish companies // Employee Relations: The International Journal. – 2017. – № 39(4). – doi: 10.1108/ER-05-2016-0096.
7. Russell M. G. et al. Transforming Innovation Ecosystems through Shared Vision and Network Orchestration // Triple Helix IX International Conference. Stanford, 2011.
8. Mads Bruun Ingstrup, Susanne Jensen, Poul Rind Christensen Cluster evolution and the change of knowledge bases: the development of a design cluster // European Planning Studies. – 2017. – № 25(2). – p. 202-220. – doi: 10.1080/09654313.2016.1276885.
9. Komorowski M. A novel typology of media clusters // European Planning Studies. – 2017. – № 25(2). – p. 1-22. – doi: 10.1080/09654313.2017.1303823.
10. Бушуева М.А., Масюк Н.Н., Брагина З.В., Петрухин А.Б., Гришанова О.А. Представление бизнес-модели текстильного кластера как инновационной сетевой экосистемы // Известия высших учебных заведений. Технология текстильной промышленности. – 2017. – № 1. – c. 10-17.
11. Seungil Yum The relationship between creative industries and the urban economy in the USA // Creative Industries Journal. – 2019. – doi: 10.1080/17510694.2019.1668741.
12. Tao J., Ho C.-Y., Luo S., Sheng Y. Agglomeration economies in creative industries // Regional Science and Urban Economics. – 2019. – № 77. – p. 141-154. – doi: 10.1016/ j.regsciurbeco.2019.04.002.
13. Бусалов Д. Ю., Бусалова А. Д. Методические подходы к исследованию экосистем в бизнесе // Экономика и предпринимательство. – 2021. – № 7(132). – c. 922-929. – doi: 10.34925/EIP.2021.132.7.167.
14. Клейнер Г. Б. Социально-экономические экосистемы в свете системной парадигмы // Системный анализ в экономике: сб. тр. V Междунар. науч.-практ. конф.-биеннале (21-23 ноября 2018 г.) / под общ. ред. Г. Б. Клейнера, С. Е. Щепетовой. Москва, 2018. – c. 5-14.
15. Хакимова Е. Р. Креативный кластер в концепции инновационной системы // Теория и практика общественного развития. – 2013. – № 2. – c. 236-238.

Страница обновлена: 28.04.2024 в 19:43:02