Особенности реализации модели открытых инноваций субъектами предпринимательства в условиях интеллектуализации факторов производства

Шинкевич А.И.1, Ярлыченко А.А.1
1 Казанский национальный исследовательский технологический университет

Статья в журнале

Вопросы инновационной экономики
Том 10, Номер 4 (Октябрь-декабрь 2020)

Цитировать:
Шинкевич А.И., Ярлыченко А.А. Особенности реализации модели открытых инноваций субъектами предпринимательства в условиях интеллектуализации факторов производства // Вопросы инновационной экономики. – 2020. – Том 10. – № 4. – doi: 10.18334/vinec.10.4.110883.

Аннотация:
В статье анализируются атрибутивные характеристики открытых инноваций и раскрываются возможности их применения современными предпринимательскими структурами для обеспечения конкурентоспособности в глобализирующейся экономике. Целью исследования является раскрытие дихотомии «открытые инновации» - «закрытые инновации» и выявление форм «открытых» инновационных стратегий. В статье сформулированы предпосылки возникновения модели открытых инноваций и уточнено содержание последних. Выявлены изменения форм взаимодействия предприятий, использующих открытые инновации, с другими экономическими агентами. Сформулированы преимущества открытых инноваций для субъектов предпринимательства при формировании конкурентных стратегий. Определено место модели открытых инноваций в эволюции представлений об инновациях

Ключевые слова: Открытые инновации, закрытые инновации, нематериальные активы, информатизация и глобализация экономического пространства, сетевые предпринимательские структуры, инновационные стратегии, входящие и исходящие бизнес-процессы, конкурентный потенциал предприятий

JEL-классификация: O31, O32, O33, L26



Введение

Переход к постиндустриальному этапу развития экономики выступает одновременно следствием и предпосылкой изменения атрибутивных свойств инновационных процессов и инноваций, а также превращения последних в эндогенный фактор поступательной макроэкономической динамики. Трансформация традиционного квартета факторов производства, проявившаяся в их интеллектуализации, повышение роли интеллектуально-креативных ресурсов в производстве добавленной стоимости, внедрение информационно-коммуникационных технологий в воспроизводственный процесс и глобализация предопределили появление открытых инноваций, которые в настоящее время выступают основой для понимания закономерностей создания ценности с использованием нововведений, а также для исследования инновационного процесса во взаимосвязи факторов внешней и внутренней среды. Тем самым инновационные отношения превращаются в важную составляющую не только экономической, но и социальной сферы, что находит выражение в субъектном составе инициаторов и реципиентов внешних эффектов, в характере рисков инновационной активности и в особенностях инновационной добавленной стоимости. Это определяет цель настоящего исследования, которая заключается в анализе противоречивого единства «открытые инновации» – «закрытые инновации» и в определении форм «открытых» инновационных стратегий. Научной гипотезой исследования выступает предположение о том, что элементы открытости были присущи всем типам инноваций, имевшим место до начала XXI в., когда модель открытых инноваций получила признание научной общественности. Выбор модели инноваций и определение степени ее открытости зависит от характера взаимодействий между экономическими агентами в системе инновационных отношений и роли образовательных организаций в производстве и диффузии нововведений.

Несмотря на признание представителями экономической науки и практики концептуальных положений, сформулированных Г. Чесбро в 2003 г. в книге «Открытые инновации. Создание прибыльных технологий» [14] (Chesbro, 2007), на страницах академических работ и публицистических изданий продолжаются дискуссии относительно форм и степени открытости нововведений, алгоритма их внедрения в воспроизводство, инструментов и технологий управления инновационными процессами нового типа и др.

Российская экономика как часть мирового экономического пространства развивается в соответствии с общеэкономическими законами, в соответствии с которыми реализация модели открытых инноваций становится одним их ключевых факторов конкурентных преимуществ субъектов хозяйствования. В то же время для реализации потенциала нового типа инноваций требуется качественно изменить представления об инновационных процессах, включив в сферу исследования расширенный состав факторов внешней и внутренней среды функционирования предприятий, что позволит сформулировать рекомендации по адаптации инструментов инновационного менеджмента к особенностям российской экономики. Необходимость изучения гносеологического потенциала и практической применимости концепции открытых инноваций с учетом современного этапа развития национальной экономики определили выбор темы исследования, ее теоретическую и практическую значимость.

Методология исследования. Отдельные положения теории открытых инноваций были заложены в работах Е. Хиппеля [17] (Hippel, 1986), который проанализировал роль пилотных пользователей (lead users) как внешних игроков в создании ценностей с использованием инноваций. Г. Чесбро применил системный подход к изучению процессов сетевизации и информатизации экономического пространства, которые привели к формированию новых типов интегрированных образований с участием субъектов предпринимательства, широко использующих информационно-коммуникационные технологии (Силиконовая долина и др.). Это позволило исследователю сформулировать определение модели открытых инноваций, в которой «компания коммерциализирует как свои собственные инновации, а также инновации от других компаний и ищет способы использовать собственные идеи для выхода на рынок на основе их реализации за пределами своего бизнеса» [3] (Ildemenov, 2018). Данный подход стал теоретической основой для перехода от закрытой инновационной модели, в которой компания самостоятельно управляет НИОКР и маркетингом новых продуктов/услуг, к открытой модели, в рамках которой субъект хозяйствования использует внешние источники инноваций, в том числе результаты НИОКР. Таким образом, «открытость» выступает в качестве инструмента накопления и реализации конкурентного потенциала, повышения эффективности инновационного процесса и использования новых возможностей для создания дополнительной стоимости.

Признанием значимости открытых инноваций для субъектов предпринимательства и государства выступает введение данной категории в терминологический аппарат международных организаций (Организация экономического сотрудничества и развития, Европейская комиссия и др.), а также в программные документы исследовательских организаций и отдельных компаний. В работах О. Гассманна [16] указывается на сочетание в рамках модели открытых инноваций на предприятиях трех типов процессов, включающих: поиск идей во внешней среде с использованием потенциала научных и образовательных организаций, реализацию собственных идей во внешней среде с использованием инструментов управления результатами интеллектуальной деятельности (лицензионный договор, договор коммерческой концессии и др.); сочетание процессов первого и второго типа. М. МакКеон [21] (McKeown, 2008) раскрывает особенности модели открытых инноваций на основе ее сравнительного анализа с моделью закрытых инноваций. При этом он указывает на роль внешних агентов в части генерации новых идей и в части коммерциализации идей, создаваемых во внутренней среде исследуемой компании. Ж. Пенин [23] (Penin, Neicu, 2018) рассматривает влияние патентного способа защиты результатов интеллектуальной деятельности на инновационную активность и делает вывод о снижении издержек последней благодаря использованию патентов. Л. Дахландер и Д.М. Ганн [15] (Dahlander, Gann, 2010) выделяют в модели отрытых инноваций входящие процессы поиска и приобретения, а также исходящие процессы выявления и продажи. К. Лаурсен и А.Дж. Салтер [20] (Laursen, Salter, 2006) анализируют процесс поиска фирмами новых идей, обладающих коммерческим потенциалом. Они подчеркивают, что в модели открытых инноваций используются открытые стратегии поиска, которые предполагают привлечение широкого круга внешних акторов и источников, чтобы поддерживать инновации. На основе анализа репрезентативной выборки промышленных предприятий авторы показывают, что связь между результатами поиска и производительностью отражается в форме U-образной кривой. Ряд авторов анализируют инновации в контексте открытых макроэкономических систем, что позволяет им сформулировать стратегии управления ими (Дж. Вест, С. Галлагер [19] (West, Gallagher, 2006), А.И. Шинкевич [6] (Kudryavtseva, Shinkevich, 2018) и др.).

Определенный интерес представляют работы российских ученых, которые обращаются к данной проблеме. Среди них: Б.М. Бижоев [1] (Bizhoev, 2019), Н.В. Городнова, Д.Л. Скипин, А.А. Пешкова [2] (Gorodnova, Skipin, Peshkova, 2019), которые анализируют инновационные стратегии во взаимосвязи с процессами цифровизации экономики, Д.С. Ильдеменов [3] (Ildemenov, 2018), С.В. Чехломин, А.В. Аксянова [12] (Chekhlomin, Aksyanova, 2019), Е.А. Яковлева, Э.А. Козловская, Ю.В. Бойко [13] (Yakovleva, Kozlovskaya, Boyko, 2018), которые исследуют особенности инновационной активности российских организаций, О.А. Клещева [4] (Kleshcheva, 2018), Г.Р. Нугуманова [9] (Nugumanova, 2019), Н.М. Тюкавкин, Е.А. Курносова [11] (Tyukavkin, Kurnosova, 2019), которые изучают инновационные процессы во взаимосвязи с инструментами государственного регулирования и др. Реализация модели открытых инноваций связана с проблемами экономической безопасности государства ­ ­ [7] (Leshchenko, 2019) и с вопросами определения приоритетов инновационно-технологического развития страны [8] (Malyhina, 2019).

При этом среди исследователей есть авторы, которые ставят под сомнение потенциал теории открытых инноваций [18] (Isckia, Lescop, 2011). Несмотря на значительное число работ, посвященных различным аспектам открытых инноваций, ряд аспектов проблемы, связанных с гносеологическим потенциалом и практическим применением данной модели, требует дальнейшего исследования.

Результаты. Определение объективных условий формирования модели открытых инноваций позволяет получить ответ на вопрос о возможностях ее адаптации к деятельности российских предпринимательских структур. К числу указанных предпосылок относятся: процессы глобализации экономического пространства, сопряженные с повышением уровня мобильности персонала; сокращение жизненных циклов продукции и повышение затрат на фундаментальные и прикладные научные исследования; повышение транзакционных издержек защиты интеллектуальной собственности, что обусловлено воспроизводимостью и доступностью информации как ресурса. В то же время важной для формирования модели открытых инноваций выступает ее трактовка как логического продолжения теории инноваций и концепций открытых систем, что позволяет использовать эвристический потенциал последних и избежать дихотомии «открытость – закрытость». Признание данного положения позволило уточнить определение открытых инноваций Г. Чесбро и рассматривать их как инновационную стратегию, в рамках которой сотрудничество между внешними и внутренними агентами является систематическим и частым. Реализация данной стратегии предполагает необходимость изменения организационной модели функционирования предприятия, которое должно, во-первых, заниматься поиском и оценкой ресурсов во внешней среде (входящие инновации), во-вторых, повышать ценность внутренних ресурсов на основе выявления новых возможностей их использования (исходящие инновации). Решение данных задач позволяет участнику инновационных процессов снизить издержки разработки новых товаров (услуг) и генерировать новые источники дохода за счет использования прав интеллектуальной собственности.

В иллюстрации модели закрытых инноваций Г. Чесбро инновационный процесс представлен непрерывной чертой, отражающей тот факт, что появление инновации на рынке является результатом реализации внутренних процессов. Предприятие выбирает из своего портфеля проектов те, которые ему кажутся наиболее перспективными, и обеспечивает разработку и сбыт производимой продукции. При этом действует синдром неприятия чужой разработки (Not Invented Here (NIH)). В модели открытых инноваций инновационный процесс представлен пунктирной линией, что отражает возможность выхода проектов за пределы внутренней среды предприятия. Это может проявляться в осуществлении маркетинговых исследований в рамках спин-офф компаний с перспективой изучения новых сегментов рынка. Одновременно предприятие может генерировать самостоятельно новые идеи, формировать новые навыки и умения у своих работников или аккумулировать патенты с целью накопления конкурентного потенциала и усиления рыночной власти. Таким образом, возникает гибридная модель инноваций, при этом степень открытости/закрытости предприятия в инновационной деятельности определяется характером границ между внешней и внутренней средой: они являются «жесткими» в закрытой модели и «пористыми» в открытой модели.

Анализ особенностей функционирования ведущих предприятий показывает, что во второй половине ХХ в. они реализовывали модель закрытых инноваций, что находило отражение в формировании трудового потенциала за счет специалистов, обладающих уникальными профессиональными компетенциями, а также в интеграции и контроле за НИОКР, в использовании патентных инструментов защиты прав интеллектуальной собственности. Реализация последних позволяла получать интеллектуальную ренту на протяжении непродолжительного промежутка времени. Российские предприятия авиационной и космической отраслей, американский транснациональный телекоммуникационный конгломерат AT&T Inc, компания France Telecom и другие компании до середины 1980-х гг. иллюстрировали эффективность закрытых инноваций. Однако в конце 80-х гг. ХХ в. в глобализирующемся мире повысилась доступность и мобильность носителей интеллектуально-креативных ресурсов, получил развитие рынок венчурного капитала, что стимулировало создание и финансирование стартапов и спин-офф компаний. Важным фактором кризиса модели закрытых инноваций являлось то, что выбор одного из инновационных проектов из имеющегося у компании портфеля приводило к исключению других. Это усиливало риски потерь финансовых ресурсов. Кроме того, центры НИОКР, которые длительное время выступали источником конкурентных преимуществ крупных компаний, были созданы всеми участниками цепочки создания ценности. Это стало предпосылкой для развития сотрудничества в рамках реализации совместных проектов с участием нескольких самостоятельных участников. Потеряв контроль над НИОКР, крупные предприятия столкнулись с необходимостью выполнения новой для себя функции координации деятельности субъектов малого и среднего предпринимательства в рамках отношений сотрудничества.

Внедрение модели открытых инноваций предопределило необходимость изменения организационных форм бизнеса [10] (Trefilova, 2008). Это нашло отражение в развитии сетевых образований – кластеров, предпринимательских экосистем и др. Так, например, кластер медицинской и фармацевтической промышленности г. Санкт-Петербург, фармацевтический кластер Республики Татарстан и другие – результаты собственных биомедицинских исследований и результаты, полученные в этой сфере научно-исследовательскими и образовательными организациями во всем мире. Сложность используемых в медицине и фармацевтике знаний и технологий не позволяет обеспечить эффективное управление инновационного цикла в рамках одной компании.

В целях использования результатов НИОКР и присвоения стоимости, полученной внешними агентами, компании трансформируют традиционные бизнес-модели с учетом характера активов, среди которых преобладают результаты интеллектуальной деятельности. Не будучи инициатором или разработчиком инноваций, компании заключают лицензионные соглашения и создают патентные пулы как формы взаимодействия, что обеспечивает объективную оценку и возможность использования усилий других участников. Рост количества патентных пулов в начале 2000-х гг. произошел в результате внедрения в соответствующие соглашения условия о возврате (grant-back), согласно которому «все существенные патенты, которые члены пула или покупатели лицензий пула могут получить в будущем в отношении этой технологии, автоматически передаются в пул» [5, с. 42] (Konysheva, 2012, р. 42). Согласно результатам ряда исследований, компании Columbia University, France Télécom (CNET), Fujitsu, General Instrument Corp., GE Technology Development, Inc., Hitachi, Ltd., LG Electronics Inc., Mitsubishi, Philips, Samsung, Sanyo Electric Co., Ltd., Sharp, Sony, Thomson Licensing, Toshiba [5, с. 42] (Konysheva, 2012, р. 42) и др. стали членами патентных пулов в начале 2000-х гг. Тем самым осуществляется переход от стратегии оборонительного управления объектами интеллектуальной собственности в рамках закрытой модели инноваций к стратегиям наступательного управления в рамках открытой модели инноваций.

Появление новых бизнес-моделей привело к возникновению компаний, которые специализируются в области управления правами интеллектуальной собственности, оказывают консультации, направленные на повышение производительности НИОКР и эффективности управления патентными базами. Это свидетельствует о том, что в настоящее время начинает формироваться рынок открытых инноваций.

«Входящая» инновация может быть реализована с помощью процессов исследования окружающей среды предприятия без заключения контрактов с внешними агентами и, следовательно, не требует создания конкретного рынка. «Исходящие» инновации выступают инструментом предоставления третьей стороне части «спящих» патентов. Последние становятся объектом рынка неиспользованных инноваций, который позволяет повысить вероятность появления новых технологий и товаров на основе объединения бездействующих нематериальных активов компаний. Это позволяет рассматривать открытые инновации как инструмент совершенствования процесса генезиса инноваций.

Согласно данным ОЭСР [22], модель открытых инноваций шире представлена в системе взаимодействий между предприятиями в промышленном секторе и в сфере услуг. При этом поставщики и клиенты являются предпочтительными партнерами компаний. Напротив, сотрудничество с конкурентами и частными научно-исследовательскими центрами, а также с университетами не играет существенной роли в производстве добавленной стоимости. Эксперты ОЭСР подчеркивают, что три четверти опрошенных компаний тратят 80% своих бюджетов научных исследований на внутренние НИОКР. В то же время большинство из этих компаний занимаются практикой открытых инноваций, о чем свидетельствуют следующие данные: 51% этих компаний тратят до 5% своего бюджета НИОКР на исследования в других компаниях, в то время как 31% выделяют на указанные цели более 10%. [22] Исследование ОЭСР показывает, что разработки, связанные с центральными компетенциями (core competencies) компаний, как правило, выполняются внутри страны [22]. При этом модель открытых инноваций в основном используется для диверсификации на нестратегических технологиях и рынках [22]. Указанные данные показывают, что противоречия между открытыми и закрытыми инновациями не существует, а субъектный состав инновационных процессов не отличается существенно от предшествующих моделей инноваций. В то же время модель открытых инноваций позволяет понять особенности современного этапа развития инновационных процессов, характеризующихся кардинальными изменениями в характере факторов производства, технологиях их использования и формах взаимодействия между предприятиями, научно-исследовательскими и образовательными организациями.

Заключение. Анализ современных технических систем показывает, что открытость выступает их атрибутивным свойством, а развитие связано с формированием кластера инноваций. Открытые инновации реализуются через инновационную стратегию предприятия, с которой должен быть ознакомлен персонал. Проведенное исследование показывает, что теория открытых инноваций не отражает качественно нового этапа в эволюции человеческого общества и в инновационных процессах. В то же время ее появление свидетельствует о повышении фактора открытости в обеспечении конкурентоспособности предприятий и необходимости использования ими новых моделей организации бизнес-процессов и совершенствования взаимодействий с иными экономическими агентами на рынке.

Открытые инновации выступают атрибутивным признаком интегрированных образований субъектов предпринимательства, к числу которых относятся кластеры, предпринимательские экосистемы и др. Это позволяет признать исследуемую модель в качестве фактора формирования «точек роста» в российской экономике, а также источником накопления и реализации конкурентного потенциала в условиях глобализации и сетевизации национального экономического пространства.


Источники:

1. Бижоев Б.М. Инновационные формы привлечения инвестиций в цифровой экономике // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – Том 9. – № 3. – с. 647-656. – doi: 10.18334/vinec.9.3.40945.
2. Городнова Н.В., Скипин Д.Л., Пешкова А.А. Исследование цифрового потенциала инновационных проектов российских компаний // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 3. – с. 2229-2248. – doi: 10.18334/eo.9.3.40897.
3. Ильдеменов Д.С. Инновационная активность организации как необходимое условие развития бережного мышления // Вопросы инновационной экономики. – 2018. – Том 8. – № 3. – с. 531-540. – doi: 10.18334/vinec.8.3.39367.
4. Клещева О.А. Прогнозирование жизненного цикла инновации с учетом влияния инфляции // Вопросы инновационной экономики. – 2018. – Том 8. – № 3. – с. 405-416. – doi: 10.18334/vinec.8.3.39351
5. Конышева А.В. Патентный пул как форма взаимодействия на рынке интеллектуальной собственности// Российское предпринимательство. №17/215. Сентябрь 2012. С.38-43.
6. Кудрявцева С.С., Шинкевич А.И. Моделирование факторов экономического роста открытых национальных инновационных систем // Менеджмент в России и за рубежом. 2018. № 5. С.3-9.
7. Лещенко Ю.Г. Инновационный вектор в системе экономической безопасности России // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – Том 9. – № 2. – с. 301-316. – doi: 10.18334/vinec.9.2.40689.
8. Малыхина И.О. Анализ приоритетов инновационно-технологического развития России // Экономические отношения. – 2019. – Том 9. – № 4. – с. 2907-2918. – doi: 10.18334/eo.9.4.41253.
9. Нугуманова Г. Р. Направления совершенствования государственной политики по формированию инновационной системы в России и за рубежом // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – Том 9. – № 4. – с. 1193-1204. – doi: 10.18334/vinec.9.4.41238.
10. Трефилова А.А. Открытые инновации – парадигма современного инновационного менеджмента// Инновации. 2008. №1. C. 73-77.
11. Тюкавкин Н.М., Курносова Е.А. Теоретические подходы к исследованию категории «инфраструктура обеспечения инновационной деятельности» // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – Том 9. – № 4. – с. 1329-1340. – doi: 10.18334/vinec.9.4.41323.
12. Чехломин С.В., Аксянова А.В. Инновационная активность организаций в России и факторы, влияющие на нее // Вопросы инновационной экономики. – 2019. – Том 9. – № 4. – с. 1459-1468. – doi: 10.18334/vinec.9.4.41214.
13. Яковлева Е.А., Козловская Э.А., Бойко Ю.В. Оценка инновационного потенциала предприятия на основе стоимостного подхода // Вопросы инновационной экономики. – 2018. – Том 8. – № 2. – с. 267-282. – doi: 10.18334/vinec.8.2.39139
14. Чесбро Г. Открытые инновации. Создание прибыльных технологий / пер. с англ. В.Н. Егорова. М., 2007. 336 c.
15. Dahlander L., Gann D.M. How Open is Innovation?// Research Policy. July. 2010. 39 (6): 699-709.
16. Gassmann, O., Sandmeier, P. and Wecht, C.H. (2004) Innovationsprozesse: Öffnung statt Alleingang, io new management, 1-2, 22-27.
17. Hippel E. von (1986), «Lead users: a source of novel product concepts», Management Science, vol. 32, n°7, pp. 791-805.
18. Isckia T., lescop D. Une analyse critique des fondements de l'innovation ouverte // Revue française de gestion 2011. №1 (210). P. 87-98.
19. Joel West, Scott Gallagher. Challenges of open innovation: the paradox of firm investment in open‐source software // R&D Management. 2006-06-01. Vol. 36, iss. 3. P. 319–331
20. Laursen K., Salter A.J. Open for Innovation: The Role of Openness in Explaining Innovation Performance Among U.K. Manufacturing Firms// Strategie Management Journal. February 2006. 27(2):131 – 150.
21. McKeown M. The truth About Innovation/M.McKeown. London, UK: Prentice Hall, 2008. 249 p.
22. OCDE, Open Innovation in Global Networks, OCDE, Paris, novembre 2008 [Электронный ресурс] Режим доступа: https://www.oecd-ilibrary.org/ Дата обращения: 16.09.2020
23. Penin J., Neicu D. Patents and Open Innovation: Bad Fences Do Not Make Good Neighbors//Journal of Innovation Economics&Management. January 2018. 25(1):57-85

Страница обновлена: 30.09.2020 в 14:14:24