Statistical study of the Russian economy digitalization level: problems and prospects
Ledneva O.V.1
1 Негосударственное частное образовательное учреждение высшего образования Московский финансово-промышленный университет «Синергия», Russia
Download PDF | Downloads: 64 | Citations: 77
Journal paper
Russian Journal of Innovation Economics (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку
Volume 11, Number 2 (April-June 2021)
Indexed in Russian Science Citation Index: https://elibrary.ru/item.asp?id=46251185
Cited: 77 by 30.01.2024
Abstract:
In the modern world, there are global processes of strengthening the information component in socio-economic relations. The relevance of the systematic study of digitalization and the development of digital innovations is a priority at the global and regional levels. The aim of the study is to statistically assess the level of digitalization of the main sectors of the economy and the innovative development of Russia as a whole. To achieve this goal, the following research tasks were identified: to assess the current level of development of the digital economy and the prospects for the development of digitalization in the industrial areas of Russia; to study the problems of the development of domestic digitalization; to analyze the indicators of measuring the digital economy in order to identify the current development of information and communication technologies in the Russian Federation. The methodology of the research conducted by the author is based on general scientific methods: analysis and synthesis, historical and comparative methods, as well as mathematical and statistical methods. The author's research on the state and development of the digital economy allowed to identify and determine the motivational orientation of the introduction of digital technologies by organizations and companies, primarily due to the requirements of customers, the development of competition in the markets, and the activation of new market participants. Today, all conditions and opportunities have been created for the full implementation of the Russian digital economy development. The main obstacle to the development of the digital economy in Russia is the lack of purposeful joint activities of public administration, production, trade and the scientific sphere.
Keywords: information and communication technologies, digital innovations, digital economy, business digitalization, digital economy indicators
JEL-classification: O31, O32, O33
Введение
В настоящее время наличие у большинства потребителей современных смартфонов, планшетов, ноутбуков с постоянным доступом и обменом данными с глобальной сетью Интернет сделало доступным развитие новой технологической инфраструктуры, основанной на структурированных и неструктурированных данных огромных объемов. Происходящие изменения глобального масштаба в информационном мире привели к формированию и интеграции цифровых продуктов и сервисов в единую киберсистему на основе современных цифровых инноваций и информационно-коммуникационных технологий, результаты деятельности которой получили название «цифровая экономика», что отмечают исследователи Ленчук Е.Б., Власкин Г.А. [1] (Lenchuk, Vlaskin, 2018), Сологубова Г.С. [2] (Sologubova, 2018), Капранова Л.Д. [3] (Kapranova, 2018).
Актуальность системного исследования цифровизации и развития цифровых инноваций является приоритетной на мировом и региональном уровнях [4, 5] (Chernyshev, 2018; Yakutin, 2017). Основным долгосрочным стратегическим ориентиром экономического роста, как отмечает Романец И.И. [6, с. 312] (Romanets, 2020, р. 312), является цифровизация российской экономики. Так как процессы цифровизации общества сильно коррелируют с глобализацией и фундаментальными экономическими изменениями.
Методология
Методология проводимого автором исследования базируется на общенаучных методах познания: анализе и синтезе, историческом и сравнительном методах, а также на математико-статистических методах изучения. Проведенные автором исследования состояния и развития цифровой экономики позволили выявить и определить мотивационную направленность внедрения цифровых технологий организациями и компаниями, обусловленную в первую очередь требованиями клиентов, развитием конкуренции на рынках, активизацией новых субъектов рынка.
Результаты
Преимущественное социально-экономическое развитие общества, коммерческих и государственных структур в современных условиях обусловлено развитием использования цифровых инноваций, которые повышают эффективность деятельности компаний и предприятий за счет повышения прибыли и сокращения затрат, создания новых товаров, выполнения работ и услуг на основе применения основных цифровых информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Цифровыми технологиями являются следующие инновации [7, 8] (Oganesyan et al., 2017):
- системы искусственного интеллекта и нейротехнологии;
- квантовые технологии и робототехника;
- промышленный Интернет, который соединяет в единую систему оборудование производственных линий цехов и заводов;
- системы распределенного реестра – блокчейн;
- технологии беспроводной передачи и обмена данных;
- данные больших объемов пользователей сети Интернет в поисковых системах и социальных сетях;
- технологии виртуальной и дополненной реальности.
Современная цифровая экономика как система социально-экономических отношений между продавцами и покупателями на основе применения цифровых информационно-коммуникационных технологий. Цифровые инновации и их составляющие технологии меняют полностью традиционные модели организации и управления бизнеса, торговли, логистики и производственно-хозяйственных отношений.
В настоящее время компании и организации, использующие цифровые инновации, превращаются в лидеров своей отрасли и показывают эффективные результаты своей деятельности. Самые крупные компании добывающей и обрабатывающей промышленности начала ХХ века уходят на второй план по причине глобальной трансформации в сфере цифровизации и получения доходов от новых видов деятельности, основанной на цифровых технологиях. Крупнейшими по размеру рыночной капитализации (свыше 300 млрд долл. США) в настоящее время являются следующие представители цифровой экономики [9, 10] (Semernina, Somina, 2018; Seyer, 2017):
– компания Apple – лидер по производству электроники и продаж информационных технологий;
– компания Alphabet (Google) – ведущий участник мирового рынка интернет-сервисов, приложений и видеохостинга;
– компания Microsoft – ведущий разработчик программного обеспечения в мире;
- компания Amazon – ритейл-компания: продажа и поставки товаров через интернет по всему миру;
- компания General Electric – мировой лидер в области транспортного машиностроения и крупный производитель энергетического электро-технического, медицинского оборудования и бытовой техники.
Исследования аналитиков группы компаний International Data Corporation приводят прогнозные расчеты, по которым затраты на цифровые технологии в мире составляют ежегодный прирост от 16% до 20% и достигнут к 2019 году 2,1 трлн долл. США. Роль цифровой экономики будет иметь приоритетное значение по причине увеличение ее доли в мировом ВВП на 18% в год, а в развитых странах Европейского союза и США – более 7% в год [10] (Seyer, 2017).
Аналитические отчеты специалистов из группы компании The Boston Consulting Group говорят о росте объема мировой цифровой экономики в 16 трлн долл. США к 2035 году. Самым перспективным в развитии сегментом цифровой экономики являются сфера телекоммуникации, а также деятельность, связанная с использованием современных компьютеров, планшетов, смартфонов и программного обеспечения. Происходящие изменения в современном цифровом мире вызывают повышенный спрос на развитие науки и цифровых технологий. Глобальная трансформация проникает на мировые рынки под воздействием ключевого фактора производства – данные и технологии в цифровом виде.
Цифровая экономика России получила значительный импульс развития за последние 5 лет: рост составил более 1,5 трлн руб. к 2019 году, 25% прироста ВВП страны благодаря развитию цифровых инноваций во всех отраслях. По прогнозам специалистов, ожидаемый экономический эффект от деятельности отечественной цифровой экономики обеспечит прирост ВВП страны к 2025 году до 9 трлн руб., что составит прирост ВВП в объеме от 20% до 34% [3] (Kapranova, 2018).
На начало 2020 года доступ в интернет имеют 76,9% российских домохозяйств, для сравнения: 10 лет назад в 2010 году возможность пользоваться интернетом дома была только у 48,4% российских домохозяйств (рис. 1). В Корее использование населением интернета достигает 99%, а в Германии, Великобритании, Финляндии и Швеции наличие интернета в домашних хозяйствах достигает значения в размере 94–96% [9, 12] (Semernina, Somina, 2018; Kulkov, 2017).
Рисунок 1. Наличие доступа к интернету в домашних хозяйствах России Источник: составлено автором на основе сведений статистического ежегодника «Цифровая экономика: 2021: краткий статистический сборник».
За последние десять лет, с 2010 года по 2019 год, отечественная аудитория постоянных пользователей интернета выросла с 26,0% до 72,6%, а количество россиян, когда-либо использовавших интернет, выросло до 88,6%. Ежедневная интернет-аудитория прирастает за счет населения старших возрастов 44–64 лет (рис. 2).
Рисунок 2. Частота использования интернета населением РФ
Источник: составлено автором на основе сведений статистического ежегодника «Цифровая экономика: 2021: краткий статистический сборник».
Несмотря на предпринятые существенные действия со стороны Правительства РФ, Россия отстает от стран – лидеров по уровню и объемам развития цифровой экономики по основным показателям (табл. 1).
Таблица 1
Индикаторы цифровой экономики Российской Федерации
Наименование индикатора цифровой экономики
|
Показатели
|
Россия
|
Индекс инклюзивного интернета (Inclusive Internet Index) за 2020
год
|
Место в рейтинге по странам
|
26
|
Значение
|
79,0
| |
Всемирный рейтинг цифровой конкурентоспособности (World Digital Competitiveness)
за 2019 год
|
Место в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)
|
38 (+2)
|
Значение
|
70,406
| |
Индекс готовности к сетевому обществу (Network Readiness Index) за 2019
год
|
Место в рейтинге по странам
|
48
|
Значение
|
54,98
| |
Глобальный индекс сетевого взаимодействия (Global Connectivity Index) за 2019
год
|
Место в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)
|
41 (-2)
|
Значение
|
49,0
| |
Индекс электронной торговли B2C (B2C E-Commerce Index) за 2019
год
|
Место в рейтинге (изменение по сравнению с 2018 г.)
|
40 (+2)
|
Значение
|
77,9
| |
Глобальный индекс кибербезопасности (Global Cybersecurity Index) за 2018
год
|
Место в рейтинге (изменение по сравнению с 2017 г.)
|
26 (-16)
|
Значение
|
0,836
| |
Локальный индекс онлайновых услуг (Local Online Service Index) за 2018 год
|
Место г. Москвы в рейтинге по городам мира
|
1
|
Значение (максимально возможное – 60)
|
55
|
Главными причинами отставания развития России от мировых лидеров цифровой экономики являются следующие:
- ограниченные внутренние затраты на формирование цифровой экономики в размере 1,9–2,0% от ВВП страны, что в 2–3 раза ниже, чем в странах Европейского союза и США;
- доля организаций и компаний, имеющих интернет-сайты, в 2 раза ниже, чем в передовых странах по развитию цифровых технологий;
- недостаточная активность граждан в части получения государственных услуг посредством электронного обращения через интернет;
- неравномерность финансирования и инвестирования в информационные технологии по регионам страны [13, 14] (Daskovskiy, Kiselyov, 2014).
На город Москву выделяется примерно 40% государственных расходов на информационные инновации в целом. По итогам 2018 года город Москва Российской Федерации занял 1-е место среди всех городов мира по Локальному индексу онлайновых услуг (Local Online Service Index) [3, 15] (Kapranova, 2018; Argunova, 2016).
Особенностью российского рынка информационных технологий является недостаточная для опережающего развития капитализация, которая составляет примерно 1% от мирового объема. Отечественные крупные и средние компании современного цифрового рынка имеют годовую выручку не более 6 млрд руб. Крупные корпорации в области мирового производства оборудования, программного обеспечения, информационных услуг обеспечены годовым доходом и капитализацией на уровне десятков и сотен миллиардов долларов США. Необходимо признать, что отечественный рынок информационных технологий пока не способен составить конкуренцию ведущим цифровыми компаниям и организациям на мировом рынке [16] (Kovalev, Konoreva, 2015).
По данным рейтинга Digital Evolution Scarecard («Самые цифровые страны мира»), охватывающего 90 мировых экономик, в 2020 г. Россия находится в группе «перспективных» стран, в которых, несмотря на ограничения цифровой инфраструктуры, идет процесс стремительного развития цифровизации (рис. 3). Лидерами данной группы являются Китай (39-е место в рейтинге по уровню цифрового развития и 1-е место по темпу цифровизации), Азербайджан (53-е место по уровню и 2-е место по темпу цифрового развития), Индонезия (58-е и 3-е места соответственно) и Индия (61-е и 4-е места) [17]. Россия занимает 49-е место по уровню текущего цифрового развития и 10-е место по темпу цифрового развития (измеряется как прирост баллов рейтинга DES за 2008–2019 гг.).
Рисунок 3. Индекс состояния и скорости развития цифрового интеллекта перспективных экономик мира
Источник: составлено автором по данным рейтинга Digital Evolution Scarecard 2020.
В целях ускорения процесса диджитализации и восстановления экономики России после пандемии COVID-19 правительству необходимо: во-первых, повысить качество и доступность мобильного интернета для пользователей; во-вторых, усовершенствовать законодательство в области цифровых технологий; в-третьих, принять меры государственного регулирования хранения и использования больших данных (в настоящий момент в России практически отсутствуют средства защиты и обеспечения безопасности обрабатываемой неструктурированной информации); в-четвертых, создать благоприятные условия для инвестирования в организации, занятые разработкой и внедрением инноваций; в-пятых, осуществлять финансирование НИОКР в области ИКТ.
Применение в последнее время цифровых инноваций в виде технологий позволило Российской Федерации значительно улучшить свои показатели по уровню деловой и инвестиционной привлекательности благодаря развитию уровня доступности государственных услуг и условий ведения производственно-хозяйственной деятельности [18, 19] (Ledneva, 2018; Abdrakhmanova, Gokhberg, Kovaleva et al., 2015). Институтом статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ для агрегатной оценки уровня распространения цифровых технологий разработан Индекс цифровизации отраслей экономики, социальной сферы и органов власти. Он характеризует скорость адаптации к цифровой трансформации, уровень использования широкополосного интернета, облачных сервисов, RFID-технологий, ERP-систем, включенность в электронную торговлю организаций предпринимательского сектора. Индекс рассчитывается по России и странам Европы, Республике Корея и Турции [20]. Лидирующую позицию среди указанных стран занимает Финляндия со значением Индекса на уровне 50 пунктов, далее следуют Бельгия (49), Нидерланды (48) и Дания (47). Россия (31 пункт) находится в одной группе с такими странами Центральной и Восточной Европы, как Греция (31), Польша (31) и Латвия (32).
Таблица 2
Группировка стран по индексу цифровизации бизнеса в 2018 г., разработанному НИУ ВШЭ, и среднему удельному весу организаций, использующих цифровые технологии, в общем числе организаций
Группировка стран
по индексу цифровизации бизнеса
|
Страны
|
Средний удельный
вес организаций, использующих цифровые технологии, в общем числе организаций,
в %
| ||||
Широкополосный
интернет
|
Облачные сервисы
|
RFID-технологии
|
ERP-системы
|
Электронные продажи
| ||
20–30
|
Болгария
Венгрия Румыния Турция |
89
|
12
|
12
|
17
|
11
|
31–35
|
Россия
Греция Латвия Польша |
91
|
17
|
8
|
28
|
14
|
36–40
|
Австрия
Великобритания Германия Испания Италия Кипр Литва Люксембург Мальта Португалия Словакия Словения Франция Хорватия Чехия Эстония |
97
|
27
|
14
|
35
|
20
|
41–50
|
Бельгия
Дания Ирландия Нидерланды Норвегия Республика Корея Финляндия Швеция |
98
|
47
|
18
|
39
|
28
|
Группировка стран по индексу цифровизации бизнеса и уровню использования цифровых технологий представлена в таблице 2. По каждому показателю можно назвать как страну-лидера, так и аутсайдера. Так, по внедрению электронных продаж верхнюю строчку занимает Ирландия (35% от общего числа организаций), а нижнюю – Болгария (8%). RFID-технологии наиболее интенсивно используются в Республике Корея (43%), а наименее интенсивно – в России, Венгрии, Румынии и Греции (по 7% от общего числа организаций). ERP-системы наиболее развиты в Бельгии (54%) и наименее – в Турции и Венгрии (по 14% соответственно). Облачные сервисы наиболее распространены в Финляндии (65% организаций) и наименее – в Болгарии (8% от общего числа компаний). Стопроцентный охват организаций широкополосным интернетом достигнут в Дании, Литве, Нидерландах, Финляндии. Россия (86%) и Греция (85%) существенно отстают от данных стран, находясь на нижней строке по данному показателю.
В России наименее востребованными из всех перечисленных технологий оказались RFID-технологии (7%) и электронные продажи (их применяют в среднем только 15% организаций). Наиболее востребованными среди российских компаний являются облачные сервисы и ERP-системы: их применяют 27% и 22% от общего числа организаций. Охват широкополосным интернетом в России составляет 86% от общего числа организаций. Максимальная дифференциация стран отмечается по использованию RFID-технологий и облачных сервисов (в 6 и 8 раза соответственно).
Анализ результатов цифровизации и интенсивности использования цифровых технологий в осуществлении своей деятельности по видам экономической деятельности в России показывает явное лидерство компаний и организаций из сферы телекоммуникаций и торговли, индекс цифровизации бизнеса у которых составил 44,5 и 39,2 пунктов соответственно (рис. 4). Предприятия отрасли информационных технологий и обрабатывающей промышленности России также показывают значительный интерес и высокие результаты внедрения цифровых инноваций для осуществления высокоэффективной деятельности (значение индекса составило 36 пунктов). Строительные организации (25,3 пунктов), компании сферы коммунальных услуг (24,9) и организации, занимающиеся операциями с недвижимостью (23,8), имеют низкий индекс цифровизации бизнеса по итогам 2018 года. Наибольшая вариативность индекса цифровизации бизнеса по видам экономической деятельности от интегрального значения по России отмечается в таких отраслях, как телекоммуникации (+12,5 пунктов), оптовая и розничная торговля (+7,2), операции с недвижимостью (-8,2), водоснабжение, водоотведение и утилизация отходов (-7,1).
Рисунок 4. Индекс цифровизации бизнеса в организациях предпринимательского сектора России по видам экономической деятельности в 2019 г.
Источник: составлено автором по данным статистического сборника «Цифровая экономика: 2021».
Группировка организаций по индексу цифровизации бизнеса и уровню использования цифровых технологий в разрезе видов экономической деятельности представлена в таблице 3. По каждому показателю можно назвать как отрасль-лидера, так и аутсайдера. Так, по внедрению электронных продаж верхнюю строчку занимают телекоммуникации (28% от общего числа организаций, что в 1,9 раз выше среднероссийского уровня), а нижнюю – операции с недвижимостью (7%). RFID-технологии наиболее интенсивно используются также в телекоммуникации (14% от общего числа организаций, что в 1,7 раз выше среднероссийского уровня), а наименее интенсивно – в операциях с недвижимостью, водоснабжении и утилизации отходов (4%). ERP-системы наиболее популярны в телекоммуникации (46% от общего числа организаций, что в 2 раза выше среднероссийского уровня) и наименее – в водоснабжении и утилизации отходов (7% соответственно). Облачные сервисы наиболее распространены также в телекоммуникации и в отрасли информационных технологий (36% организаций) и наименее – в обеспечении энергией (21% от общего числа компаний). Более 90% охват организаций широкополосным интернетом достигнут по таким видам экономической деятельности, как обрабатывающая промышленность (90%), оптовая и розничная торговля (90%), отрасль информационных технологий (96%) и телекоммуникации (92%). Предприятия строительства (78%), водоснабжения и утилизации отходов (79%) и с недвижимым имуществом (79%) существенно отстают как от данных отраслей, так и от среднероссийского уровня, находясь на нижней строке по данному показателю.
Таблица 3
Группировка организаций предпринимательского сектора РФ по индексу цифровизации бизнеса в 2019 г. и среднему удельному весу организаций, использующих цифровые технологии, в общем числе организаций в разрезе видов экономической деятельности
Группировка организаций
по индексу цифровизации бизнеса
|
Вид экономической
деятельности
|
Средний удельный
вес организаций, использующих цифровые технологии, в общем числе организаций,
в %
| ||||
Широкополосный
интернет
|
Облачные сервисы
|
RFID-технологии
|
ERP-системы
|
Электронные продажи
| ||
20–30
|
Добыча полезных ископаемых
Обеспечение энергией Водоснабжение и утилизация отходов Строительство Транспортировка и хранение Операции с недвижимым имуществом |
81,1
|
22,1
|
7,8
|
14,8
|
10
|
Прирост удельного веса 2019 г. по
сравнению с 2018 г., п.п.
|
0,7
|
2,2
|
1,3
|
0,6
|
1,2
| |
31–35
|
Обрабатывающая промышленность
Гостиницы и общественное питание Отрасль информационных технологий |
89,2
|
33,8
|
11
|
24,7
|
17,2
|
Прирост удельного веса 2019 г.
по сравнению с 2018 г., п.п.
|
1,4
|
2,7
|
1,4
|
1,9
|
-0,6
| |
36–40
|
Оптовая и розничная торговля
|
90
|
37,8
|
9
|
37,5
|
21,7
|
Прирост удельного веса 2019 г.
по сравнению с 2018 г., п.п.
|
-1,3
|
1,6
|
2,2
|
3
|
-6,9
| |
41–50
|
Телекоммуникации
|
92
|
42,4
|
13,9
|
46,1
|
28,1
|
Прирост удельного веса 2019 г.
по сравнению с 2018 г., п.п.
|
2,3
|
6
|
1,4
|
4,7
|
0,8
| |
32
изменение по сравнению с 2018 г. (+1) |
Среднее значение по России
|
86
|
29,1
|
8,2
|
23,3
|
14,6
|
Прирост удельного веса 2019 г.
по сравнению с 2018 г., п.п.
|
0
|
2
|
1,4
|
1,7
|
-0,8
|
«Цифровая экономика: 2021».
Среди российских отраслей экономики самый высокий уровень показателя (86) и умеренная дифференциация (17,6 п.п.) по доступности широкополосного интернета. Различия максимального и минимального значений находятся в пределах 12%. Их формируют отрасль информационных технологий и строительство. Самое низкое среднероссийское значение показателя (6,8%) и слабая дифференциация (9,8 п.п.) характерна для RFID-технологий. Различия максимального и минимального значений находятся в пределах 3%. Их формируют отрасль телекоммуникации и операций с недвижимостью. Существенные различия (в 7 раз) в востребованности ERP-систем наблюдаются в таких отраслях, как водоснабжение, утилизация отходов и телекоммуникации.
Необходимо отметить, что развитие цифровой экономики и осуществление предпринимательской деятельности по новым цифровым стандартам в России характеризуются лояльным отношением как со стороны организации и компаний, так и со стороны потребителей – населения страны [18] (Ledneva, 2018).
Активное внедрение и использование результатов цифровых проектов в условиях жесткой конкуренции на рынках и отраслях связаны с потребностями целевых потребителей товаров и услуг, которые заставляют по законам маркетинга подчиниться развитию и проникновению цифровых инноваций во все сферы и отрасли экономики. Основными положительными факторами структурной отраслевой трансформации на основе цифровых инноваций являются: способность компаний к осуществлению активных перемен, наличие специалистов высокой квалификации, обоснованные и взвешенные управленческие решения.
Заключение
За последние 10 лет созданы все условия и возможности для реализации российской цифровой экономики в полном объеме. Процесс развития цифровизации будет иметь положительный экономический эффект и приведет к общему росту экономических показателей России. Главным препятствием развития цифровой экономики в России является отсутствие целенаправленной совместной деятельности органов государственного управления, производства, торговли и научной сферы.
По результатам исследования отмечается, что отечественная цифровая экономика нуждается в сильной и конкурентоспособной индустрии информационных технологий, способной производить и поддерживать собственные цифровые продукты высокого мирового качества, которые должны составить конкуренцию зарубежным продуктам. Одним из главных и необходимых направлений развития цифровой экономики России в настоящее время является увеличение объемов финансирования и инвестирования в научные исследования и научно-исследовательские разработки, подготовку специалистов и развитие образования в сфере высоких технологий, развитие объектов современной информационной инфраструктуры.
Современные процессы развития цифровых технологий в мире демонстрируют примеры радикальных трансформаций рынков и целых отраслей, необходимость включения и ускорения темпов цифровизации России обусловлена получением значительного экономического эффекта в собственном развитии и конкурентных преимуществ наряду со странами – лидерами развития цифровых инноваций.
References:
Abdrakhmanova G.I., Gokhberg L.M., Kovaleva G.G. i dr. (2015). Informatsionnoe obshchestvo: vostrebovannost informatsionno-kommunikatsionnyh tekhnologiy naseleniem Rossii [Information society: the demand for information and communication technologies by the population of Russia] M.: NIU VShE. (in Russian).
Argunova M.V. (2016). Model «Umnogo» goroda kak proyavlenie novogo tekhnologicheskogo uklada [The «smart city» model as a manifestation of the new technological mode]. Nauka i shkola. (3). 14-23. (in Russian).
Chernyshev A.A. (2018). Strategiya i filosofiya tsifrovizatsii [Strategy and philosophy of digitalization]. Power. 26 (5). 13-21. (in Russian). doi: 10.31171/vlast.v26i5.5815 .
Daskovskiy V.B., Kiselyov V.B. (2014). Investitsii - glavnyy motor ekonomicheskogo rosta i razvitiya [Investments - the main motor of economic growth and development]. Investitsii v Rossii. (3(230)). 3-15. (in Russian).
Ivanov V.V. i dr. (2018). Kontury tsifrovoy realnosti: gumanitarno-tekhnologicheskaya revolyutsiya i vybor budushchego [The contours of digital Reality: the humanitarian and technological revolution and the choice of the future] M.: LENAND. (in Russian).
Kapranova L.D. (2018). Tsifrovaya ekonomika v Rossii: sostoyanie i perspektivy razvitiya [Digital economy in Russia: state and prospects of development]. Economy. Taxes. Law. (2). 58-69. (in Russian). doi: 10.26794/1999-849Kh-2018-11-2-58-69.
Kovalev V.I., Konoreva T.V. (2015). Obektivnyy vzglyad na innovatsionnoy protsess i investitsii v innovatsionnye proekty [Objective view on the process of innovation and investment in innovative projects]. Omsk Scientific Bulletin. (1(75)). 102-105. (in Russian).
Kulkov V.M. (2017). Tsifrovaya ekonomika: nadezhdy i illyuzii [Digital economy: Hopes and illusions]. Philosophy of the economy. (5(113)). 145-156. (in Russian).
Ledneva O.V. (2018). Issledovanie zavisimosti urovnya tsifrovizatsii organov gosudarstvennogo upravleniya na kachestvo predostavlyaemyh uslug [Study of the dependence of the level of digitalization of public administration on the quality of services provided]. Innovation and Investment. (12). 348-352. (in Russian).
Lenchuk E.B., Vlaskin G.A. (2018). Formirovanie tsifrovoy ekonomiki v Rossii: problemy, riski, perspektivy [Formation of the digital economy in Russia: problems, risks, prospects]. Bulletin of the Institute of Economics of RAS. (5). 9-21. (in Russian). doi: 10.24411/2073-6487-2018-00001.
Oganesyan T.K. i dr. (2017). Tsifrovaya ekonomika: globalnye trendy praktika rossiyskogo biznesa [Digital economy: Global trends and Russian business practices] M.: NIU VShE. (in Russian).
Romanets I.I. (2020). Klyuchevye aspekty transformatsii ekonomiki v sovremennyh usloviyakh [Problem aspects of economic transformation in modern conditions]. ASR: Economics and Management. 9 (4(33)). 311-313. (in Russian). doi: 10.26140/anie-2020-0904-0073 .
Semernina S.A., Somina I.V. (2018). Tsifrovaya transformatsiya biznesa: zarubezhnyy opyt [Digital transformation of business: international experience]. Vestnik Samarskogo universiteta. Ekonomika i upravlenie. 9 (2). 25-31. (in Russian).
Sologubova G.S. (2018). Sostavlyayushchie tsifrovoy transformatsii [Components of digital transformation] M.: Yurayt. (in Russian).
Yakutin Yu.V. (2017). Rossiyskaya ekonomika: strategiya tsifrovoy transformatsii (k konstruktivnoy kritike pravitelstvennoy programmy «Tsifrovaya ekonomika RF») [Russian Economy: Digital Transformation Strategy (to constructive criticism of the government program "Digital Economy of the Russian Federation")]. Management and Business Administration. (4). 27-52. (in Russian).
Страница обновлена: 26.04.2025 в 02:20:33