Молодежь на региональных рынках труда российской Арктики

Корчак Е.А.1
1 Институт экономических проблем им. Г.П. Лузина – обособленное подразделение Федерального исследовательского цента «Кольский научный центр Российской академии наук», Россия, Апатиты

Статья в журнале

Экономика труда (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку

Том 10, Номер 6 (Июнь 2023)

Цитировать:
Корчак Е.А. Молодежь на региональных рынках труда российской Арктики // Экономика труда. – 2023. – Том 10. – № 6. – С. 893-908. – doi: 10.18334/et.10.6.117858.

Эта статья проиндексирована РИНЦ, см. https://elibrary.ru/item.asp?id=53991223

Аннотация:
Современный вектор российской арктической политики – использование ресурсной базы российской Арктики. Очевидно, что освоение арктических территорий неразрывно связано с необходимостью регулирования процессов развития трудового потенциала, основу формирования которого составляет молодежь. Таким образом, проблемы занятости и безработицы молодежи входят в состав стратегических задач в реализации вектора государственной политики России в Арктике. Цель исследования составил анализ положения молодежи на региональных рынках труда регионов, территории которых полностью отнесены к российской Арктике, – Ямало-Ненецкого, Чукотского и Ненецкого автономных округов и Мурманской области. Методами исследования стали статистический анализ и анализ нормативных правовых документов, регламентирующих отдельные вопросы отношений в сфере труда и занятости. В ходе исследования были выявлены основные проблемы в сфере занятости и трудоустройства молодежи, ограничивающие перспективные возможности развития трудового потенциала российской Арктики. Результаты исследования ориентированы на их практическое использование в сфере государственной политики занятости и управления развитием трудового потенциала регионов российской Арктики. Перспективность дальнейших исследований обусловлена необходимостью актуализации научно-практических рекомендаций по управлению трудовым потенциалом регионов российской Арктики

Ключевые слова: молодежь, российская Арктика, трудовой потенциал, безработица, трудоустройство

Финансирование:
Публикация базируется на результатах НИОКТР «Научные основы управления социальным развитием регионов российской Арктики в условиях новых глобальных вызовов», № 123012500053-2

JEL-классификация: J13, J21, J24



Введение

Арктические регионы играют особую роль в достижении устойчивого развития России и обеспечении ее национальной безопасности. Сегодня в регионах российской Арктики реализуются крупнейшие инвестиционные проекты по развитию транспортной инфраструктуры, комплексному обустройству месторождений, газопереработки и газохимии и пр.

Ключевым активом хозяйственного освоения арктических регионов является трудовой потенциал – «социальный фактор развития территориальных социально-экономических систем, выражаемый в способности к экономической деятельности и определяемый обусловленными территориальной спецификой количественными и качественными параметрами [11, с. 48]». Перспективные возможности и качество трудового потенциала определяются стартовыми условиями вступления молодежи в трудовую деятельность.

Молодежь как социально-демографическая категория населения в возрасте 14-35 лет находится на этапе адаптации к исполнению социальных ролей, обладает большим потенциалом социальной самореализации и социальной активности, характеризуется социальной зависимостью и недостаточной экономической самостоятельностью, обладает высокой мобильностью [1, с. 9]. Именно от возможностей для профессионального развития и самореализации молодежи, грамотного выбора профессии в начале жизненных стратегий зависит преемственность [13, с. 7] развития регионов российской Арктики и страны в целом.

Степень разработанности проблемы

Современные исследования региональных рынков труда российской Арктики немногочисленны и включают такие аспекты, как проблемы использования рабочей силы в Арктической зоне [19, с. 62], влияние стоимостного объема трудовых ресурсов на ВРП арктических регионов [5, с. 125], обеспеченность предприятий и организаций трудовыми ресурсами для масштабного стратегического развития арктических территорий [29, с. 61], специфические характеристики, оказывающие влияние на формальные экономические и неформальные институты арктических рынков труда [7, с. 145], особенности формирования кадрового потенциала российской Арктики [3, с. 145] и др. Анализу положения молодежи на рынках труда арктических территорий посвящен ограниченный круг работ, в основном связанных с социологическими исследованиями. В таких исследованиях анализируются вопросы идентичности молодежи [27, с. 123], удовлетворенности условиями жизнедеятельности [17, с. 24], образовательных стратегий и возможностей самореализации [14, с. 153], миграционных установок [15, с. 122], трудоустройства и ориентиров жизненных планов будущих молодых специалистов [18, с. 159-162], согласования интересов профессиональных планов школьников запросам арктических рынков труда [24, с. 159-162], трудовой занятости молодёжи коренных малочисленных народов Севера [2, с. 39-40].

Целью настоящего исследования стал анализ положения молодежи на региональных рынках труда российской Арктики. Исследование проведено по материалам регионов, территории которых полностью отнесены к Арктической зоне России: Мурманской области, Ямало-Ненецком, Чукотском и Ненецком автономных округах. В ходе исследования применены методы теоретического анализа и обобщения литературных источников, системного, сравнительного и статистического анализа, кейс-стади.

Результаты исследования и их обсуждение

Целью государственной политики России в Арктике является ускорение экономического развития арктических территорий в рамках увеличения их вклада в национальный экономический рост.

Сегодня значительный вклад в ВВП России вносят проекты развития Северного морского пути, включая комплексное развитие единственного незамерзающего в российской Арктике морского порта Мурманск и мультимодального транспортного хаба – Мурманского транспортного узла, развитие береговых баз для осуществляющих судоходство в акватории Северного морского пути и реализующих проекты в российской Арктике компаний [25]. Доля Мурманской области в составе валового регионального продукта страны составляет 0,84% при среднегодовой численности 0,5% от общей численности населения РФ (2020 г.).

В Ненецком АО (доля в ВРП России – 0,24%, среднегодовой численности населения – 0,03%) к числу основных направлений реализации государственной политики в Арктике отнесены развитие нефтяных минерально-сырьевых центров и формирование газоконденсатных минерально-сырьевых центров [25].

В Чукотском АО (доля в ВРП России – 0,13%, среднегодовой численности населения – 0,03%) в число задач ускоренного экономического развития входят создание транспортно-логистического узла в морском порту Провидения, модернизация Чаун-Билибинского энергоузла и развитие транспортной инфраструктуры, развитие минерально-сырьевых центров драгоценных и цветных металлов и Беринговского каменноугольного минерально-сырьевого центра [25].

На территории Ямало-Ненецкого АО (доля в ВРП России – 2,95%, среднегодовой численности населения – 0,37%) запланировано развитие морского порта Сабетта с отгрузочными терминалами и морского судоходного канала, расширение на полуостровах Ямал и Гыдан производства сжиженного природного газа, развитие Бованенковского газоконденсатного и Новопортовского нефтегазоконденсатного минерально-сырьевых центров, освоение Тамбейской группы месторождений и подготовка к освоению шельфовых месторождений, формирование многопрофильного промышленно-технологического комплекса газопереработки и нефтехимии [25].

Экономическое развитие территорий российской Арктики зависит от качества трудового потенциала, ядро которого составляют трудовые ресурсы. В основе формирования последних находятся демографические и миграционные процессы.

Для автономных округов российской Арктики сегодня характерны неустойчивые тенденции в формировании населения: в 2001-2021 гг. в Ненецком АО численность населения увеличилась на 7,3%, в Ямало-Ненецком АО – на 8,9%. Численность населения Чукотского АО в этот период снизилась на 7,4%. Напротив, в Мурманской области сложилась устойчивая тенденция сокращения численности населения, основной причиной которой стала миграционная убыль (71,4%): в 2001-2021 гг. численность населения региона снизилась на 18,8%.

Среди позитивных трендов в демографическом развитии регионов российской Арктики – рост ожидаемой продолжительности жизни при рождении: в Ненецком АО ее рост в 2001-2021 гг. составил 7,52 года, в Мурманской области – 2,42, в Чукотском АО – 2,33, в Ямало-Ненецком АО – 1,96 года.

Среднегодовая численность занятых в рассматриваемых регионах (таблица 1) в 2001-2021 гг. увеличилась на 4,4% за счет значительного ее роста в Ямало-Ненецком АО (на 32,9%). Средний возраст занятых в среднем по рассматриваемым регионам составил 41,5 года (в 2001 г. – 39,2 года).

Таблица 1. Основные характеристики трудовых ресурсов регионов российской Арктики, 2001 г., 2021 г. [23]

Регион
Среднегодовая численность занятых, тыс. чел.
Средний возраст занятых, лет
Средний возраст безработных, лет
Среднее время поиска работы, мес.
2001
2021
2001
2021
2001
2021
2001
2021
Ненецкий АО
22,8
30,0
39,0
41,4
34,2
35,7
4,4
5,9
Мурманская область
433,5
356,5
39,6
41,3
34,3
41,0
9,5
6,3
Ямало-Ненецкий АО
319,0
424,1
38,6
41,5
33,7
27,6
7,8
5,2
Чукотский АО
34,8
35,0
39,3
42,9
33,4
31,8
8,6
5,2

Основными проблемами рынков труда регионов российской Арктики остаются проблемы безработицы. В 2021 г. в Ненецком АО уровень безработицы составил 7,1% (в 2001 г. – 7,2%), в Мурманской области – 5,8% (12,8%), в Чукотском АО – 2,6% (7,4%), в Ямало-Ненецком АО – 2,1% (7,1%) [23]. Остается высокой продолжительность незавершенной безработицы: в Мурманской области – 6,3 мес. (в 2001 г. – 9,5), в Ненецком АО – 5,9 (4,4), в Ямало-Ненецком АО – 5,2 (7,8), в Чукотском АО – 5,2 мес. (8,6 мес.) [6].

Участившиеся в 2008-2021 гг. кризисные явления глобального характера обострили структурные дисбалансы на рынках труда регионов российской Арктики.

Территориально-отраслевые дисбалансы спроса и предложения на рынках труда регионов российской Арктики связаны с низкой степенью миграционной привлекательности арктических территорий, продуцируемой низкооплачиваемой занятостью [4, с. 89-90], территориальной удаленностью и малым количеством вакансий с предоставлением жилья [22, с. 44]. Социальную напряженность на рынках труда регионов российской Арктики продуцируют обусловленные более молодой возрастной структурой безработных граждан социально-демографические дисбалансы (таблица 2), а также профессионально-квалификационные дисбалансы (таблица 3), продуцируемые несоответствием профессионально-квалификационного уровня потребностям арктических экономик.

Таблица 2. Уровень безработицы женщин и мужчин трудоспособного возраста в регионах российской Арктики, % [6]

Регион
2007
2009
2013
2015
2019
2021
жен
муж
жен
муж
жен
муж
жен
муж
жен
муж
жен
муж
Ненецкий АО
4,1
8,3
7,2
12,8
6,9
8,0
4,6
11,2
5,6
10,8
4,7
8,8
Мурманская область
6,6
6,6
8,3
6,7
6,6
7,8
7,4
7,9
6,7
4,5
6,4
4,7
Ямало-Ненецкий АО
3,2
2,4
4,6
4,8
3,1
3,4
3,7
3,6
2,1
2,0
2,1
2,3
Чукотский АО
4,3
3,4
4,1
4,9
3,7
3,3
9,4
6,7
3,2
5,3
3,0
2,4

Так, в 2007-2009 гг. уровень безработицы женщин в Ненецком АО увеличился на 75,6%, мужчин – на 54,2%. В 2013-2015 гг. в Чукотском АО уровень безработицы мужчин увеличился в 2 раза, женщин – в 2,5 раза.

Таблица 3. Доля граждан с высшим (ВПО) и средним профессиональным образованием (СПО) в структуре безработных граждан в регионах российской Арктики, % [23]

Регион
2007
2009
2013
2015
2019
2021
ВПО
СПО
ВПО
СПО
ВПО
СПО
ВПО
СПО
ВПО
СПО
ВПО
СПО
Ненецкий АО
3,5
21,1
2,2
20,3
6,3
16,8
4,2
43,6
16,4
49,8
14,2
39,5
Мурманская область
8,4
23,7
19,2
14,9
15,2
21,0
15,7
51,6
18,7
52,2
20,8
52,6
Ямало-Ненецкий АО
22,3
25,3
21,4
16,7
25,5
16,9
27,2
42,3
22,2
16,4
22,3
33,9
Чукотский АО
9,3
5,4
9,5
14,7
7,4
10,7
44,1
39,7
32,4
40,7
26,8
18,2

В 2013-2015 гг. доля граждан, имеющих среднее профессиональное образование, в структуре безработных в Чукотском АО увеличился в 3,7 раза, в Ненецком – в 2,6 раза, в Ямало-Ненецком АО – в 2,5 раза, в Мурманской области – в 2,4 раза.

Негативным образом на ситуацию с безработицей в регионах российской Арктики оказало и распространение коронавирусной инфекции COVID-19: в связи с введением ограничительных мероприятий динамика уровня безработицы ухудшилась, произошел значительный рост уровня регистрируемой безработицы (май, июнь 2020 г.). Обусловленный пандемией коронавируса COVID-19 экономический кризис вызвал рост уровня безработицы молодежи (таблица 4).

Таблица 4. Уровень безработицы граждан в возрастных группах 15-19 лет, 20-29 лет, 30-39 лет в регионах российской Арктики, 2019-2021 гг., % [23]

Регион
15-19
20-29
30-39
2019
2020
2021
2019
2020
2021
2019
2020
2021
Ненецкий АО
73,2
47,5
59,6
13,0
14,8
18,1
7,1
8,8
3,7
Мурманская область
22,4
43,4
35,8
9,5
14,0
8,7
4,4
5,2
3,3
Ямало-Ненецкий АО
17,6
45,8
36,3
6,6
7,0
8,1
1,5
2,5
1,5
Чукотский АО
29,3
41,4
15,2
13,1
16,2
9,8
4,3
6,6
1,9
Справочно: в среднем по РФ
24,7
27,2
28,6
8,3
10,2
8,8
4,0
5,6
4,5

В Мурманской области рост уровня безработицы среди молодежи возрастной группы 15-19 лет в 2019-2020 гг. составил 1,9 раза, в Ямало-Ненецком АО – 2,6 раза. В Чукотском АО рост уровня безработицы среди молодежи 20-29 лет в этот период составил 1,2 раза, в Мурманской области – 1,5 раза. В Ненецком АО уровень безработицы молодежи в возрастной группе 20-29 лет увеличился на 13,8%, 30-39 лет – на 23,9%.

В целом, в условиях пандемии COVID-19 ситуация на рынках труда регионов российской Арктики оставалась контролируемой за счет реализации региональными органами государственной власти мероприятий по созданию временных рабочих мест. В 2021 г. регионы российской Арктики по уровню безработицы, в т.ч. среди молодежи, вышли на допандемийный уровень.

В Ямало-Ненецком АО сегодня [8] в составе безработных граждан численность женщин составляет 60%, среди молодежи в возрасте 16-29 лет – 26%; уровень сельской безработицы составляет 21%. По профессионально-квалификационному составу 17% безработных граждан имели среднее общее образование, 15% – основное общее образование, высшее и среднее профессиональное образование – 35% и 32% соответственно. Уровень регистрируемой безработицы в Чукотском АО составляет (2022 г.) 1,4%, коэффициент напряженности – 0,6 ед., регистрируемая потребность в трудовых ресурсах – 1107 ед. (из них по рабочим профессиям – 558 вакансий). Работодатели округа наибольшую потребность испытывают в специалистах высшего уровня квалификации (специалисты в области науки и техники, здравоохранения, образования), а также квалифицированных рабочих промышленности, строительства и транспорта [30]. В Ненецком АО уровень зарегистрированной безработицы составляет 1,3%, коэффициент напряжённости – 0,6 чел. на одну вакансию [21]. В Мурманской области коэффициент напряженности составляет 0,2 чел. на 1 вакансию, уровень регистрируемой безработицы – 1%.

Тем не менее, авторы исследования согласны с позицией известного североведа, д.г.н., чл.-корр. РАН, профессора Лаженцева В.Н. о том, что «антикризисные мероприятия – это экстренная реакция на уже случившееся… После завершения антикризисной поддержки арктические производства снова станут неконкурентоспособными [12, с. 361]». Проблемы безработицы в т.ч. в силу временного характера создаваемых рабочих мест также не исчезнут. Такой вывод можно сделать, проанализировав итоги выборочного обследования Росстатом проблем занятости выпускников образовательных учреждений высшего и среднего профессионального образования (таблица 5).

Таблица 5. Уровень безработицы среди выпускников образовательных организаций 2010-2015 гг. выпуска в 2016 г. и выпускников образовательных организаций 2016-2020 гг. выпуска в 2021 г. в регионах российской Арктики, % [9, 10]

Показатель
Ненецкий АО
Мурманская область
Ямало-Ненецкий АО
Чукотский АО
2016
2021
2016
2021
2016
2021
2016
2021
Уровень безработицы выпускников, в т.ч.
6,8
9,2
8,8
6,2
4,6
4,1
4,6
6,5
– имеющих ВПО
3,5
2,1
6,5
3,7
4,4
2,4
4,2
8,6
– имеющих СПО по программам подготовки специалистов среднего звена
4,5
12,5
9,4
5,1
3,5
3,6
3,4
5,8
– имеющих СПО по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих
25,6
20,7
16,1
12,7
9,4
16,7
8,0
2,5

Самый высокий уровень безработицы в Ненецком и Ямало-Ненецком автономных округах и в Мурманской области – среди выпускников образовательных организаций, имеющих среднее профессиональное образование (СПО) по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих. В Чукотском АО в рассматриваемый период уровень безработицы среди такой категории граждан вырос на 41%, в т.ч. среди выпускников образовательных организаций, имеющих высшее профессиональное образование (ВПО), – в 2 раза, СПО по программам подготовки специалистов среднего звена – в 1,7 раза.

Одну из угроз формирования возможностей повышения уровня социально-экономического развития арктических регионов и, тем самым, обеспечения национальной безопасности РФ на фоне проблемы молодежной безработицы составляет отсутствие в представлениях молодежи перспектив трудоустройства. Социологические исследования представлений студентов региональных ВУЗов о жизнедеятельности в Арктике свидетельствуют о том, что «несмотря на высокую эмоциональную связь с «домашним» регионом, молодежь низко оценивает качественные характеристики жизни в регионе... Основными причинами отъезда из региона для молодежи являются социально-экономические факторы, сложности в трудоустройстве, в построении карьеры, ограниченные образовательные возможности региона, низкий уровень зарплаты [26, с. 111]». Итоги выборочного обследования Росстатом проблем занятости выпускников образовательных учреждений высшего и среднего профессионального образования также подтверждают такие выводы (таблица 6).

Таблица 6. Показатели трудоустройства выпускников образовательных организаций 2010-2015 гг. выпуска в 2016 г. и выпускников образовательных организаций 2016-2020 гг. выпуска в 2021 г. в регионах российской Арктики, % [9, 10]

Показатель
Ненецкий АО
Мурманская область
Ямало-Ненецкий АО
Чукотский АО
2016
2021
2016
2021
2016
2021
2016
2021
Удельный вес трудоустроившихся выпускников, в т.ч.
94.4
91.6
91.8
96.6
92.5
91.5
94.2
97.8
– имеющих ВПО
86.2
41.2
55.2
81.6
61.8
71.0
79.7
50.1
– имеющих СПО по программам подготовки специалистов среднего звена
58.0
53.2
48.4
64.1
62.9
67.8
41.1
81.1
– имеющих СПО по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих
55.2
29.0
30.0
45.3
73.5
39.3
61.4
74.2

Так, в Ненецком АО уровень трудоустройства выпускников, имеющих высшее профессиональное образование, в 2016-2021 гг. снизился в 2,1 раза, имеющих среднее профессиональное образование по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих, – в 1,9 раза. При этом среднее время поиска работы трудоустроившимися выпускниками составило (2021 г.) 9,2 мес. при среднем по РФ уровне в 4,6 мес. Удельный вес выпускников 2016-2020 гг. выпуска, искавших работу и трудоустроившихся не позднее года после выпуска, в 2021 г. в округе составил 57,6% (в среднем по РФ – 81,7%).

Низкий уровень трудоустройства среди выпускников, имеющих среднее профессиональное образование по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих, также характерен для Мурманской области и Ямало-Ненецкого АО. Так, в Ямало-Ненецком АО удельный вес таких выпускников, трудоустроившихся не позднее года после выпуска, в 2021 г. составил лишь 32,9%; уровень удовлетворенностью работой – 37,5% (в среднем по России – 84,8%).

Среди основных причин неудовлетворенности текущей работой среди выпускников образовательных организаций 2016-2020 гг. выпуска в Ненецком АО и в Мурманской области – «низкая зарплата» (70,7% и 89% соответственно) и «отсутствие перспектив карьерного роста» (74,5% и 74,3%), в Чукотском АО – «неинтересные задачи, обязанности» (30,1%) и «низкая зарплата» (27%), в Ямало-Ненецком АО – «низкая зарплата» (31,4%) и «работа ниже уровня моей квалификации» (25,9%). В целом в регионах российской Арктики в круг ограниченных образовательных возможностей входят отсутствие возможностей обучения кадров с высшим образованием для сфер образования и здравоохранения.

Формирование трудового потенциала регионов российской Арктики – это долгосрочный, сопровождающийся целым комплексом проблем, процесс. Одна из них – снижение экономической активности населения (таблица 7). В 2008-2021 гг. уровень участия в рабочей силе в Чукотском АО снизился на 4,1%, в Мурманской области – на 4%, в Ненецком АО – на 3,9%.

Таблица 7. Показатели экономической активности в регионах российской Арктики, 2008 г., 2021 г. [16, 23]

Регион
Уровень экономической активности, %
Среднесписочная численность работников, тыс. чел.
Потребность в работниках для замещения вакантных рабочих мест, тыс. чел.
2008
2021
2008
2021
2008
2021
Ненецкий АО
71,4
68,6
25,6
20,6
0,8
5,5
Мурманская область
70,7
67,6
205,7
170,4
8,2
17,7
Ямало-Ненецкий АО
75,1
75,1
289,5
274,2
8,9
8,1
Чукотский АО
82,1
78,7
22,7
19,4
3,1
1,6

На фоне активизации производственной деятельности, развития арктических экономик за счет масштабности и долгосрочных перспектив освоения природных запасов и развития инфраструктуры среднесписочная численность работников уменьшилась на 10,9% (58,9 тыс. чел.), при этом потребность в работниках для замещения вакантных рабочих мест увеличилась на 56,7% (11,9 тыс. чел.). В Ненецком АО в рассматриваемый период потребность в работниках выросла в 6,9 раза, в Мурманской области – в 2,1 раза.

Другая проблема – негативные тренды в демографическом развитии. Анализ данных Росстата [23] свидетельствуют о том, что перспективное развитие рынков труда регионов российской Арктики будет проходить в условиях демографических ограничений. В рассматриваемый период перспективная составляющая трудового потенциала российской Арктики снизилась на 33,6%: в Мурманской области снижение численности молодежи составило 39,6%, в Ямало-Ненецком АО – 25,6%, в Ненецком АО – 23,7%, в Чукотском АО – 22,8% [28].

Успешная реализация крупнейших инвестиционных проектов в регионах российской Арктики зависит от перспективного качества трудового потенциала, в этом аспекте особое значение имеет профессиональный выбор молодежи: ошибки в таком выборе приводят к экономическим потерям, росту социальной напряженности на региональных рынках труда, снижению качественных характеристик трудового потенциала регионов российской Арктики в перспективе.

Заключение

Наиболее неблагоприятное положение на рынке труда регионов российской Арктики занимает молодежь. Основное противоречие здесь составляет увеличивающийся разрыв между трудовыми притязаниями и возможностями их удовлетворения: молодежь не имеет практического опыта трудовой деятельности, с другой стороны, высокие требования к оплате труда делают проблематичным поиск подходящей работы. Молодежная безработица может серьезно ограничить возможности формирования трудового потенциала, в перспективе ухудшив его качество, и, как следствие, замедлить темпы освоения арктических территорий России. В такой ситуации особенно актуален поиск эффективных путей решения проблемы безработицы среди молодежи регионов российской Арктики.


Источники:

1. Акулинина А.М. Молодежь как элемент человеческого капитала и стратегический ресурс развития современного российского общества: состояние, тенденции, перспективы // Региональная экономика: теория и практика. – 2008. – № 31 (88). – c. 8-14.
2. Баишева С.М. Трудовой потенциал и занятость молодежи Арктики: результаты полевых исследований // Северо-Восточный гуманитарный вестник. – 2017. – № 1(18). – c. 39-46.
3. Быков В.М., Головизнина О.А. Особенности формирования кадрового потенциала Арктической зоны Российской Федерации // Корпоративное управление и инновационное развитие экономики Севера: Вестник Научно-исследовательского центра корпоративного права, управления и венчурного инвестирования Сыктывкарского государственного университета. – 2022. – № 1. – c. 106-115. – doi: 10.34130/2070-4992-2022-2-1-106.
4. Гальцева Н.В., Шарыпова О.А. Уровень жизни населения северных и арктических территорий Дальнего Востока России // Региональная экономика: теория и практика. – 2017. – № 1. – c. 85-100.
5. Горидько Н.П. Особенности экономического развития регионов Севера и Арктики: рынок труда и регрессионное моделирование потенциального валового регионального продукта // Региональная экономика: теория и практика. – 2016. – № 5. – c. 121-136.
6. Женщины и мужчины России. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/folder/210/document/13215 (дата обращения: 14.02.2023).
7. Иванова М.В., Белевских Т.В., Зайцев Д.В. Об арктическом рынке труда // Проблемы развития территории. – 2017. – № 1(87). – c. 145-157.
8. Информация о положении на рынке труда Ямало-Ненецкого автономного округа за январь-август 2022 года. [Электронный ресурс]. URL: https://yanao.ru/dokumenty/96208/ (дата обращения: 12.04.2023).
9. Итоги выборочного наблюдения трудоустройства выпускников, получивших среднее профессиональное и высшее образование, в 2016 г. [Электронный ресурс]. URL: https://gks.ru/free_doc/new_site/population/trud/itog_trudoustr/index.html (дата обращения: 06.03.2022).
10. Итоги выборочного наблюдения трудоустройства выпускников, получивших среднее профессиональное и высшее образование, в 2021 г. [Электронный ресурс]. URL: https://gks.ru/free_doc/new_site/population/trud/itog_trudoustr_2021/index.html (дата обращения: 06.03.2022).
11. Корчак Е.А., Скуфьина Т.П. Трудовой потенциал как социальный фактор саморазвития регионов и местных сообществ Арктической зоны России // Теория и практика общественного развития. – 2018. – № 10. – c. 44-48. – doi: 10.24158/tipor.2018.10.7.
12. Лаженцев В.Н. Социально-экономическое пространство и территориальное развитие Севера и Арктики России // Экономика региона. – 2018. – № 2. – c. 353-365. – doi: 10.17059/2018-2-2.
13. Леонидова Г.В., Димони К.О. Трудовой потенциал молодежи: запросы современного рынка труда // Проблемы развития территории. – 2021. – № 6. – c. 7-31. – doi: 10.15838/ptd.2021.6.116.1.
14. Недосека Е.В. Образовательные стратегии молодежи Мурманской области // Проблемы развития территории. – 2015. – № 8(80). – c. 143-156.
15. Недосека Е.В., Жигунова Г.В. Особенности локальной идентичности жителей моногородов (на примере Мурманской области) // Арктика и Север. – 2019. – № 37. – c. 118-133. – doi: 10.17238/issn2221-2698.2019.37.118.
16. О численности и потребности организаций в работниках по профессиональным группам. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/compendium/document/13266 (дата обращения: 21.03.2022).
17. Осипова О.В., Маклашова Е.Г. Миграционные намерения молодежи Арктики в контексте субъективных оценок социального самочувствия // Арктика и Север. – 2016. – № 24. – c. 14-26. – doi: 10.17238/issn2221-2698.2016.24.14.
18. Пономарева М. С., Кожурова А. А., Дмитриева Н. А. Модель трудоустройства конкурентоспособного молодого специалиста (на примере Республики Саха (Якутия)) // Перспективы науки и образования. – 2020. – № 4(46). – c. 152-163. – doi: 10.32744/pse.2020.4.10.
19. Попова Н.К. Проблемы использования рабочей силы в Арктической зоне Республики Саха (Якутия) // Экономика: вчера, сегодня, завтра. – 2022. – № 5. – c. 56-65. – doi: 10.34670/AR.2022.49.44.006.
20. Пресс-релиз «О движении рабочей силы на рынке труда Мурманской области в январе-июне 2022 года». [Электронный ресурс]. URL: https://murman-zan.ru/content/аналитические_материалы (дата обращения: 12.04.2023).
21. Положение на рынке труда НАО. [Электронный ресурс]. URL: https://nao-czn.ru/content/информация_о_положении_на_рынке_труда_нао (дата обращения: 12.04.2023).
22. Ржаницына Л., Кравченко Е. Современный рынок труда в Арктической зоне Российской Федерации // Федерализм. – 2020. – № 3(99). – c. 39-51.
23. Регионы России. Социально-экономические показатели. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/folder/210/document/13204 (дата обращения: 29.01.2023).
24. Симакова А.В., Гуртов В.А. Профессиональные планы школьников и запросы рынка труда регионов Арктической зоны России: согласование интересов // Мир экономики и управления. – 2020. – № 2. – c. 149-177. – doi: 10.25205/2542-0429-2020-20-2-149-177.
25. Указ Президента РФ от 26 октября 2020 г. № 645 "О Стратегии развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2035 года". [Электронный ресурс]. URL: https://docs.cntd.ru/document/566091182 (дата обращения: 18.02.2023).
26. Филиппова Д.Н. Жизнь в Арктике в представлениях студентов региональных университетов // Россия: общество, политика, история. – 2022. – № 2 (2). – c. 103-114.
27. Цилев В.Р. Особенности жизненных стратегий жителей поселков Кольского Севера // Проблемы развития территории. – 2015. – № 4 (78). – c. 113-128.
28. Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту. [Электронный ресурс]. URL: https://rosstat.gov.ru/compendium/document/13284 (дата обращения: 17.03.2022).
29. Широкова Л.Н. Современные проблемы рынка труда в северных регионах, включая Арктику // Север и рынок: формирование экономического порядка. – 2017. – № 1(52). – c. 60-71.
30. Экспресс-информация о положении на рынке труда. [Электронный ресурс]. URL: https://trud87.ru/content/экспресс_информация_о_положении_на_рынке_труда (дата обращения: 12.04.2023).

Страница обновлена: 28.11.2023 в 00:50:40