Regional differences as a threat to the economic security of the Russian Federation
Rudenko M.N.1
1 Пермский государственный национальный исследовательский университет, Russia
Download PDF | Downloads: 21 | Citations: 9
Journal paper
Economic security (РИНЦ, ВАК)
опубликовать статью | оформить подписку
Volume 5, Number 2 (April-June 2022)
Indexed in Russian Science Citation Index: https://elibrary.ru/item.asp?id=48777062
Cited: 9 by 07.12.2023
Abstract:
The relevance of the topic of ensuring economic security at the state and regional level has determined the choice of the topic, goals and objectives of this article. A theoretical review of scientific researches was conducted. Regional differences in key socio-economic indicators were analyzed. System-wide problems and factors that cause regional differentiation and worsen Russia's economic security are identified. Regional differentiation and heterogeneity of development are revealed by the example of indicators characterizing the economic security of the city of Moscow, the Moscow and Sverdlovsk regions, and Perm Krai. Perm Krai is significantly inferior to the considered subjects of the Russian Federation in almost all the studied indicators. The conclusion is formulated that the asymmetry of the regions shows serious shortcomings in public administration, formed under the influence of objective and subjective factors. The necessity of comprehensive overcoming of modern threats and risks of economic security, including conducting additional research by various scientific schools on key aspects of regional development, is stated. The results of the analysis and the identified systemic problems in ensuring economic security may be in demand in the implementation of the state socio-economic policy of the Russian Federation.
Keywords: economic security, regional differences, regions' differentiation, socio-economic development challenges
JEL-classification: R11, R12, R13
Введение. Географическая, территориальная, экономическая и социальная неоднородность Российской Федерации является причиной, обуславливающей выработку мероприятий государственной политики в сфере обеспечения экономической безопасности, на формирование национального единства, снижение дифференциации регионов, устранение предпосылок для возможной конфронтации между федеральным центром и периферией, а также иных деструктивных явлений, снижающих общесистемную стабильность и устойчивость.
Вопросам обеспечения экономической безопасности как состояния экономики, определяющим поступательное развитие страны и регионов, уделяли самое пристальное внимание такие выдающиеся деятели науки, как Абалкин Л.И. [1] (Abalkin, 1994), Олейников Е.А. и Видяпин В.И. [16] (Oleynikov, Vidyapin, Druzhenkov, 1999), Татаркин А.И. [20] (Tatarkin, Kuklin, 2012) и др. В научной литературе констатируется существование взаимообратных воздействий экономической безопасности страны в целом и экономической безопасности ее регионов, обеспечивающих общесистемную устойчивость государства [12, 13] (Leshchenko, 2017; Moronova, Ataeva, 2020).
В настоящее время в данной сфере научных изысканий особое место занимают работы, посвященные проблемам обеспечения экономической безопасности в рамках реализации стратегии пространственного развития Российской Федерации (в том числе в вопросах преодоления сформировавшейся асимметрии развития регионов), включая исследования причин возникновения социальных и экономических различий [15] (Nikulina, Averina, 2020). Заметим, что внимание к проблемам асимметричного развития территорий как предпосылкам регионального сепаратизма отмечается и в работах зарубежных авторов [4, 26] (Gordienko, Molchan, 2017; Choroev, 2019).
Несомненно, что научный интерес и общественный запрос определяет высокую актуальность задач преодоления региональных различий в Российской Федерации, научного обоснования и анализа существующих проблем.
Целью данной статьи является исследование региональных различий с позиции их деструктивного влияния на экономическую безопасность субъектов Российской Федерации и страны в целом.
Для достижения данной цели логика исследования предполагает решения таких задач, как:
- теоретический обзор научных источников в области экономической безопасности регионов и территорий;
- анализ региональных различий на примере разнородных субъектов Российской Федерации;
- выявление основных проблем и факторов, обуславливающих региональную дифференциацию и ухудшающих экономическую безопасность субъектов России.
Материалы и методы исследования. Для выявления региональных различий с позиции обеспечения экономической безопасности применялись горизонтальный и вертикальный методы детализированного анализа и сопоставления статистических показателей, характеризующих устойчивость субъектов Российской Федерации:
- валовый региональный продукт (ВРП);
- индексы промышленного производства и розничной торговли;
- инвестиционная деятельность;
- транспортная инфраструктура;
- демографическая ситуация и уровень жизни населения.
В качестве объекта анализа были отобраны следующие субъекты Российской Федерации:
1. Город Москва – город федерального значения, субъект Российской Федерации с наиболее высокими показателями развития.
2. Московская область – регион, социально-экономические процессы развития которого самым непосредственным образом связаны с экономикой города Москвы, в которой осуществляет свою трудовую деятельность значительная часть активного населения данного субъекта РФ.
3. Свердловская область – субъект Российской Федерации, представляющий собой промышленно развитый регион, являющийся научно-технологическим, индустриальным и финансовым центром Уральского макрорегиона.
4. Пермский край, соседствующий со Свердловской областью регион, обеспечению экономической безопасности которого посвятил свою научную деятельность автор настоящей статьи.
Количество отобранных субъектов Российской Федерации, временной интервал сравнительной оценки (2017–2020 гг.), показатели органов статистического наблюдения федерального и территориального уровня позволяют выявить современные различия, оценить существующие проблемы и угрозы для экономической безопасности регионов и страны в целом. Кроме того, автором в процессе исследования применялись рассчитанные и опубликованные «РИА Новости» показатели рейтинга регионов России по такому важному направлению обеспечения экономической безопасности, как качество жизни населения [19].
Статистические материалы и данные рейтинговых оценок позволяют более четко определить уровень экономической безопасности, «проблемы и угрозы социально-экономического развития» [7] (Karavaeva, Lev, 2021), выработать необходимые управленческие решения по совершенствованию государственной политики, исходя из региональных и территориальных условий, ресурсов и потенциалов.
Для повышения качества аналитической интерпретации статистической информации, характеризующей региональные различия, автором были построены диаграммы и графики, раскрывающие основные социальные и экономические показатели.
Результаты исследования и их обсуждение. Теоретический обзор научных источников в области экономической безопасности регионов и территорий будет осуществлен с позиции их неоднородности и дифференциации. Данное явление, по мнению Никулиной Е.В. и Орловой А.В., критически воздействует на экономическое развитие территорий и определяется состоянием функционирования экономической и социальной сфер региональных систем [14] (Nikulina, Orlova, 2020).
Основными причинами неоднородности российских регионов, как справедливо отмечает Чайникова Л.Н., являются сложившееся инновационное неравенство, различный уровень применения технологий, соответствующих пятому и шестому технологическим укладам [24] (Chaynikova, 2017). Преодоление ограничений в доступе к таким стратегическим факторам научно-технологического прогресса, как наука, технологии и инновации, на региональном уровне становится ключевой задачей государственной политики [27] (Shelomentseva, Komarov, Kiyashchenko, Petushkova, Negrey, 2019). Региональные различия определили современные структурные диспропорции не только в экономике, но и в качестве и объемах оказания социальных услуг населению [11] (Leonteva, 2017). Анализ данных диспропорций позволяет Чекмареву В.В. развить экономическую безопасность как объект исследования до уровня социально-экономической безопасности – «процессы транскрипции человека и природы для совместного существования» [25] (Chekmarev, 2020).
Игонина Л.Л., обосновывая необходимость совершенствования инструментов бюджетного регулирования регионального развития, к данным причинам также относит концентрацию финансово-инвестиционных ресурсов в отдельных «точках роста», представляющих угрозу общесистемного «торможения» [5] (Igonina, 2020). Нельзя также оставить без внимания процессы глобализации в значительной степени, переориентировавшие внутрисистемные экономические связи на внешнеэкономические. В результате значительная часть регионов Российской Федерации по настоящее время находится в процессах дезинтеграции, преодоление которой требует масштабных бюджетных вливаний [9] (Kuznetsov, Ostapenko, 2018) и перманентных решений, направленных на повышение качества жизни местного населения [21] (Ternavshchenko, Malashenko, Gaponenko, 2021).
Считаем уместным привести тезис Цветкова В.А., Дудина М.Н. и Лясникова Н.В. о экономической безопасности региона как динамически неустойчивого параметра анализа, детерминированного воздействием в совокупности внешних и внутренних факторов. В связи с чем данными авторами отмечается значимость оперативности адаптивной реакции органов регионального управления на негативные проявления окружающей среды [23] (Tsvetkov, Dudin, Lyasnikov, 2019).
Для проведения анализа рисков экономической безопасности субъектов России Каранина Е.В. и Караулов В.М. предлагают группировать показатели по социальным, экономическим и инновационным проекциям, позволяющим учесть внутренние факторы, региональные особенности и осуществлять процедуры межрегионального сопоставления [8] (Karanina, Karaulov, 2021). Ряд исследователей при этом указывают на необходимость определения пороговых значений индикаторов, позволяющих комплексно оценивать экономическую безопасность конкретного региона [2, 3] (Akhmetzhanova, 2022; Byvshev, Panteleeva, Kashirina, Parfenteva, Uskov, 2020), особое внимание при этом уделяется социальному блоку [17] (Karpushkina, 2018). Лаврова Е.Л. расценивает показатели данного блока как определенные индикаторы качества воспроизводства человеческого капитала в достижении задач общественного развития [10] (Lavrova, 2018).
Исходя из изложенного в процессе дальнейшего исследования, для выявления региональных различий рассмотрим несколько динамических рядов, характеризующих экономическую безопасность отдельных регионов России в современных условиях.
Сведения об объеме и динамике валового регионального продукта по рассматриваемым субъектам Российской Федерации приведены в таблице 1. В связи с тем, что официальные статистические данные по ВРП за 2020 год на момент написания настоящей статьи не опубликованы, рассматриваемый нами временной горизонт по этому показателю смещен на период 2017–2020 гг.
Таблица 1
Показатели ВРП и ВРП на душу населения в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2017–2019 гг.
Показатели
|
2017
|
2018
|
2019
|
город Москва
| |||
ВРП в текущих
ценах, млрд руб.
|
15725
|
18777
|
19673
|
Динамика ВРП, %
|
101,9
|
103,2
|
101,1
|
ВРПна душу
населения, тыс. руб.
|
1257
|
1495
|
1555
|
Московская область
| |||
ВРП в текущих
ценах, млрд руб.
|
3803
|
4644
|
5128
|
Динамика ВРП, %
|
101,3
|
102,0
|
106,2
|
ВРП на душу
населения, тыс. руб.
|
507
|
615
|
671
|
Свердловская область
| |||
ВРП в текущих
ценах, млрд руб.
|
2143
|
2424
|
2529
|
Динамика ВРП, %
|
102,0
|
102,3
|
100,3
|
ВРП на душу
населения, тыс. руб.
|
495
|
561
|
586
|
Пермский край
| |||
ВРП в текущих
ценах, млрд руб.
|
1191
|
1423
|
1495
|
Динамика ВРП, %
|
101,8
|
100,8
|
100,6
|
ВРП на душу
населения, тыс. руб.
|
454
|
544
|
574
|
Показатели, представленные в таблице 1, свидетельствуют о значительном превышении города Москвы по ВРП на душу населения над остальными субъектами. Так, данный показатель за 2019 год превышает значение аналогичного показателя по Московской области в 2,3 раза, по Свердловской области – в 2,6 раза, по Пермскому краю – в 2,7 раза. При этом хотелось бы отметить более высокие темпы роста ВРП в Московской области в 2017–2019 гг. по сравнению с другими регионами. Пермский край и Свердловская область существенно отстают, что непосредственно связано с конъюнктурными изменениями на глобальных рынках, приведшими к снижению инвестиционной привлекательности профильных для данных регионов отраслей экономики.
Существенным фактором, снижающим экономическую безопасность регионов Российской Федерации, стала пандемия коронавирусной инфекции, о чем свидетельствуют индексы промышленного производства (рис. 1).
Рисунок 1. Индексы промышленного производства в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2018–2020 гг., %
Источник: составлено автором по данным [18].
Из исследуемых регионов наращивание темпов промышленного производства в 2019–2020 гг. наблюдалось только в городе Москве. К сожалению, Пермский край демонстрировал отрицательную динамику и в доковидный период.
Более тревожная ситуация просматривается по индексу розничной торговли, опосредованно отражающему фактическое состояние сферы малого и среднего предпринимательства и реальную покупательную способность населения (рис. 2).
Рисунок 2. Индексы розничной торговли в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2018–2020 гг.
Источник: составлено автором по данным [18].
Как мы видим из рисунка 2, падение темпов развития розничной торговли происходило уже в 2018 году. В условиях пандемии и ее последствий объемы розничной торговли не сократились относительно предыдущего года только в Московской области. Остальные регионы в 2020 году продемонстрировали отрицательную динамику.
В продолжение настоящего исследования считаем необходимым рассмотреть показатели инвестиционной активности. Ключевым среди них является показатель инвестиций в основной капитал как индикатор процессов преодоления региональных диспропорций развития [22] (Fedoseeva, Shcheglov, Balandin, 2021).
На рисунке 3 представлены данные об инвестициях в основной капитал.
Рисунок 3. Инвестиции в основной капитал в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2018–2020 гг., млрд руб.
Источник: составлено автором по данным [18].
Как мы видим из рисунка 3, условия современной экономической нестабильности усугубляются сохраняющейся тенденцией вывода капиталов из регионов в федеральный центр. Так, если в 2020 году объем инвестиций в основной капитал в городе Москва увеличился на 299,0 млрд руб., то в Московской области снизился на 38,2 млрд руб., в Свердловской области уменьшился на 11,6 млрд руб. и в Пермском крае – на 5,4 млрд руб. соответственно. В подтверждение чему на рисунке 4 отображены индексы физического объема инвестиций в основной капитал.
Рисунок 4. Индексы физического объема инвестиций в основной капитал в отдельных субъектах Российской Федерации в 2018–2020 гг., %
Источник: составлено автором по данным [18].
В 2020 году положительное значение индекса физического объема инвестиций в основной капитал продемонстрировала только Москва.
Относительную стабильность в условиях современных угроз экономической безопасности демонстрирует автодорожное строительство, отличающееся длительностью производственного цикла и устойчивостью «бюджетного финансирования» [6] (Karavaeva, Bykovskaya, Bukhvald, 2021) (рис. 5).
Рисунок 5. Плотность автомобильных дорог с твердым покрытиемв отдельных субъектах Российской Федерации в 2018–2020 гг., км путей на 1,0 км2 территории
Источник: составлено автором по данным [18].
Хотелось бы отметить, что показатель плотности автомобильных дорог с твердым покрытием несет в себе высокую долю социальной значимости, опосредованно проявляясь в том числе в демографической стабильности и качестве жизни населения региона как неотъемлемых элементов экономической безопасности.
В таблице 2 приведены данные, характеризующие демографическую ситуацию регионов в 2018–2020 гг.
Таблица 2
Показатели демографической ситуации в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2017–2019 гг.
Показатели
|
2018
|
2019
|
2020
|
город Москва
| |||
Численность
населения, тыс. чел.
|
12 615
|
12 678
|
12 655
|
Динамика
численности населения, %
|
100,9
|
100,5
|
99,8
|
Коэффициенты
миграционного прироста, на 10000 населения
|
79
|
38
|
1
|
Ожидаемая
продолжительность жизни при рождении, лет
|
77,84
|
78,36
|
76,20
|
Московская область
| |||
Численность
населения, тыс. чел.
|
7 599
|
7 691
|
7 708
|
Динамика
численности населения, %
|
101,3
|
101,2
|
100,2
|
Коэффициенты
миграционного прироста, на 10000 населения
|
140
|
144
|
66
|
Ожидаемая
продолжительность жизни при рождении, лет
|
73,52
|
73,86
|
71,67
|
Свердловская область
| |||
Численность
населения, тыс. чел.
|
4 316
|
4 311
|
4 290
|
Динамика
численности населения, %
|
99,8
|
99,9
|
99,5
|
Коэффициенты
миграционного прироста, на 10000 населения
|
-3
|
15
|
7
|
Ожидаемая
продолжительность жизни при рождении, лет
|
71,29
|
71,81
|
70,15
|
Пермский край
| |||
Численность
населения, тыс. чел.
|
2 611
|
2 599
|
2 579
|
Динамика
численности населения, %
|
99,5
|
99,5
|
99,2
|
Коэффициенты
миграционного прироста, на 10000 населения
|
-25
|
-14
|
-20
|
Ожидаемая продолжительность
жизни при рождении, лет
|
70,72
|
71,32
|
69,59
|
Как мы видим из таблицы 2, последствия пандемии коронавируса привели к снижению численности населения даже в городе Москве. Из-за ужесточения административного контроля в 2020 году существенно сократился миграционный прирост населения. К сожалению, вынуждены отметить, что оперативные показатели 2021 года позволяют судить о высокой убыли населения из-за смертности, в том числе от коронавируса и несвоевременного проведения необходимого лечения хронических заболеваний. Наиболее тревожная ситуация по ожидаемой продолжительности жизни из рассматриваемых регионов сложилась в Пермском крае. Помимо неблагоприятной экологической обстановки и отставания в качестве предоставляемых медицинских услуг региональными учреждениями здравоохранения, существенным фактором, снижающим ожидаемую продолжительность жизни, в Пермском крае является нарастающий миграционный отток активного населения трудоспособного возраста и членов их семей на территории России с более высоким уровнем жизни, а также в другие страны.
В таблице 3 представлены показатели уровня жизни населения.
Таблица 3
Показатели уровня жизни населения в отдельных
субъектах Российской Федерации в 2017–2019 гг.
Показатели
|
2018
|
2019
|
2020
|
город Москва
| |||
Уровень
безработицы, %
|
1,2
|
1,4
|
2,6
|
Среднедушевые
доходы населения в месяц, тыс. руб.
|
69,3
|
75,1
|
77,3
|
Среднемесячная
начисленная заработная плата, тыс. руб.
|
83,8
|
94,3
|
100,1
|
Динамика
реальных доходов населения, %
|
103,3
|
104,2
|
100,2
|
Московская область
| |||
Уровень
безработицы, %
|
2,7
|
2,7
|
3,6
|
Среднедушевые
доходы населения в месяц, тыс. руб.
|
44,7
|
47,2
|
47,0
|
Среднемесячная
начисленная заработная плата, тыс. руб.
|
51,9
|
55,6
|
58,1
|
Динамика
реальных доходов населения, %
|
102,6
|
102,1
|
97,8
|
Свердловская область
| |||
Уровень
безработицы, %
|
4,8
|
4,2
|
5,8
|
Среднедушевые
доходы населения в месяц, тыс. руб.
|
36,7
|
39,1
|
37,4
|
Среднемесячная
начисленная заработная плата, тыс. руб.
|
38,1
|
41,1
|
43,3
|
Динамика
реальных доходов населения, %
|
101,7
|
101,4
|
92,5
|
Пермский край
| |||
Уровень
безработицы, %
|
5,4
|
5,2
|
5,7
|
Среднедушевые
доходы населения в месяц, тыс. руб.
|
28,7
|
30,6
|
30,2
|
Среднемесячная
начисленная заработная плата, тыс. руб.
|
35,8
|
39,2
|
42,0
|
Динамика
реальных доходов населения, %
|
98,8
|
101,9
|
95,1
|
Можно отметить, что в Пермском крае значительно ниже уровень заработной планы и доходов населения даже относительно соседней Свердловской области. По сравнению с федеральным центром в данных регионах уровень безработицы в 2018–2020 гг. выше более чем в два раза и наблюдается отрицательная динамика реальных доходов населения.
На рисунке 6 представлены рейтинговые позиции исследуемых регионов за 2020 год.
Рисунок 6. Рейтинговые позиции отдельных
субъектов Российской Федерации по качеству жизни за 2020 год
Источник: составлено автором по данным [19].
Как мы видим, в 2020 году:
- город Москва и Московская область занимают, соответственно, первое и третье места рейтинга;
- Свердловская область – 15-е место (в 2019 году – 13-е место);
- Пермский край – 48-е место (в 2019 году – 49-е место).
Проведенный анализ и данные рейтинговой оценки позволяют сформулировать вывод о региональной дифференциации и неоднородности развития города Москвы, Московской и Свердловской областей, Пермского края. К сожалению, Пермский край значительно уступает данным субъектам Российской Федерации по данной выборке практически по всем исследуемым показателям.
На рисунке 7 схематично обобщены и сгруппированы ключевые проблемы социально-экономического развития Пермского края, снижающие экономическую безопасность относительно других регионов.
Рисунок 7. Проблемы социально-экономического развития Пермского края
Источник: составлено автором.
Совокупность общесистемных и частных проблем и факторов проявляется в относительном отставании как экономических, так и социальных показателей развития Пермского края.
Таким образом, на примере Пермского края, представляющего собой (несмотря на славную историю) регион со средними показателями экономической безопасности по стране, мы смогли выявить проблемы, угрозы и риски, которые можно рассматривать как общесистемные для современного этапа развития Российской Федерации. Их преодоление требует комплексного решения, включая проведение дополнительных исследований различными научными школами по рассмотренным аспектам регионального развития.
Заключение
В процессе работы над настоящей статьей были выявлены региональные различия и асимметрия с позиции угроз для национальной экономической безопасности современной России. Региональные отличия позволяют судить о серьезных недостатках в государственном управлении, сформировавшихся под влиянием объективных и субъективных факторов.
Результаты проведенного анализа и выявленные системные проблемы в обеспечении экономической безопасности могут оказаться востребованными при реализации федеральной и региональной политики социально-экономического развития пространства Российской Федерации.
References:
Regiony Rossii. Sotsialno-ekonomicheskie pokazateli [Regions of Russia. Socio-economic indicators] (2021). (in Russian).
Abalkin L.I. (1994). Ekonomicheskaya bezopasnost Rossii: ugrozy i ikh otrazhenie [Economic security of Russia: threats and their reflection]. Voprosy Ekonomiki. (12). 4–16. (in Russian).
Akhmetzhanova L. R. (2022). Teoreticheskie podkhody k effektivnosti mezhbyudzhetnyh transfertov na regionalnom urovne [Theoretical approaches to the effectiveness of interbudgetary transfers at the regional level]. Ekonomicheskaya bezopasnost. (1). 61-76. (in Russian). doi: 10.18334/ecsec.5.1.114355.
Byvshev V.I., Panteleeva I.A., Kashirina A.E., Parfenteva K.V., Uskov D.I. (2020). Analiz ekonomicheskoy bezopasnosti regionov s uchetom pokazateley innovatsionnogo razvitiya [Analysis of the economic security of regions taking into account the indicators of innovative development]. Bulletin of Omsk University Series \. (4). 104–121. (in Russian). doi: 10.24147/1812-3988.2020.18(4).104-121.
Chaynikova L.N. (2017). Differentsiatsiya rossiyskikh regionov po urovnyu innovatsionnogo razvitiya ikh ekonomiki [Differentiation of Russian regions by the level of innovative development of their economy] Innovative development of the Russian economy. 155–157. (in Russian).
Chekmarev V.V. (2020). Teoriya ekonomicheskoy bezopasnosti: evolyutsionnyy aspekt [Theory of economic security: evolutional aspect]. Ekonomicheskaya bezopasnost. (3). 335–350. (in Russian). doi: 10.18334/ecsec.3.3.110587.
Choroev K.Ch. (2019). Problemy preodoleniya asimmetrii v regionalnom razvitii ekonomiki Kyrgyzskoy Respubliki [The problem of overcoming asymmetry in the regional development of the economy of the Kyrgyz Republic]. Aktualnye problemy ekonomiki i upravleniya. (1(21)). 11–14. (in Russian).
Fedoseeva S.S., Scheglov E.V., Balandin E.D. (2021). Otsenka vliyaniya investitsionnogo potentsiala na razvitie prostranstvenno-otraslevoy struktury regiona [Assessment of the influence of the investment potential on the development of the spatial and industrial structure of the region]. Moscow Economic Journal. (7). 85–95. (in Russian). doi: 10.24411/2413-046X-2021-10403.
Gordienko O.I., Molchan I.S. (2017). Otsenka asimmetrichnosti razvitiya regionov Respubliki Belarus kak osnova vyyavleniya aktualnyh napravleniy aktivizatsii tochek ekonomicheskogo rosta [Assessment of the asymmetry of the development of the regions of the Republic of Belarus as a basis for identifying relevant areas of activation of points of economic growth] Socio-economic development of organizations and regions of Belarus: efficiency and innovation. 167–170. (in Russian).
Igonina L.L. (2020). Differentsiatsiya rossiyskikh regionov po urovnyu finansovo-investitsionnogo razvitiya [Differentiation of Russian regions by the level of financial and investment development]. Fundamental research. (4). 41–46. (in Russian). doi: 10.17513/fr.42721.
Karanina E.V., Karaulov V.M. (2021). Reziliens-diagnostika riskov i indikatorov ekonomicheskoy bezopasnosti regionov (na primere Privolzhskogo federalnogo okruga) [Resilience-diagnostics of risks and indicators of economic security of regions (on the example of the Volga Federal District)] Economic and legal problems of ensuring economic security. 45–50. (in Russian).
Karavaeva I. V., Bykovskaya Yu. V., Bukhvald E. M. (2021). Ekspertnaya otsenka proekta federalnogo byudzheta na 2022 god i na planovyy period 2023-2024 godov [Expert evaluation of the draft federal budget of the russian federal budget for 2022 and for the planned period 2023-2024]. Economics and management: problems, solutions (Ekonomika i upravleniye: problemy, resheniya nauchno-prakticheskiy zhurnal). (11(119)). 138-163. (in Russian). doi: 10.36871/ek.up.p.r.2021.11.01.019.
Karavaeva I.V., Lev M.Yu. (2021). Itogi provedeniya V Mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii «Senchagovskie chteniya» «Novye vyzovy i ugrozy ekonomike i sotsiumu Rossii» [Results of the 5th international scientific and practical conference]. Ekonomicheskaya bezopasnost. (3). 853-887. (in Russian). doi: 10.18334/ecsec.4.3.112368.
Karpushkina A.V. (2018). Problemy ekonomicheskoy bezopasnosti: globalnye i regionalnye aspekty [Problems of economic security: global and regional aspects] (in Russian).
Kuznetsov A.A., Ostapenko O.A. (2018). Vliyanie globalizatsii na ekonomicheskuyu bezopasnost Rossiyskoy Federatsii [The impact of globalization on the economic security of the Russian Federation]. Journal of Economy and Entrepreneurship. (4(93)). 114–117. (in Russian).
Lavrova E.L. (2018). Monitoring sotsialno-ekonomicheskogo razvitiya regionov [Monitoring of socio-economic development of regions] Innovative Economics and Management: Methods and Technologies. 207–210. (in Russian).
Leonteva A.G. (2017). Differentsiatsiya sotsialnyh raskhodov v rossiyskikh regionakh i mery po ee snizheniyu [Differentiation of social expenditures in the Russian regions and its measures of reduction]. Proceedings of the Voronezh State University of Engineering Technologies. (2(72)). 380–389. (in Russian). doi: 10.20914/2310-1202-2017-2-380-389.
Leschenko Yu. G. (2017). Institutsionalnye orientiry gruppy 20 (G-20) v aspekte rossiyskoy ekonomiki i interesakh rossiyskogo predprinimatelstva [Institutional guidelines for the group 20 (G-20) in the aspect of the russian economy and the interests of Russian entrepreneurship]. Russian Journal of Entrepreneurship. (17). 2417-2450. (in Russian). doi: 10.18334/rp.18.17.38255.
Moronova O.G., Ataeva N.Yu. (2020). Ekonomicheskaya bezopasnost regiona i ee mesto v sisteme vidov regionalnoy bezopasnosti [Economic security of the region and its position in the system of types of regional security]. Sotsialnye i ekonomicheskie sistemy. (6 (18)). 122–163. (in Russian).
Nikulina E.V., Orlova A.V. (2020). Integratsionnyy i setevoy aspekty sotsialno-ekonomicheskogo razvitiya regiona [Integration and network aspects of the socio-economic development of the region]. Fundamental research. (6). 103–107. (in Russian). doi: 10.17513/fr.42785.
Nikulina N.L., Averina L.M. (2020). Mekhanizm obespecheniya ekonomicheskoy bezopasnosti s pozitsii prostranstvennogo razvitiya regionov RF [Mechanism for ensuring economic stability from the perspective of the spatial development of Russia’s constituent regions]. Bulletin of the Buryat State University. Economics and management. (3). 22–30. (in Russian). doi: 10.18101/2304-4446-2020-3-22-30.
Oleynikov E.A., Vidyapin V.I., Druzhenkov V.I. (1999). Ekonomicheskaya bezopasnost [Economic security] (in Russian).
Shelomentseva M.V., Komarov P.I., Kiyaschenko L.T., Petushkova G.A., Negrey A.V. (2019). Otsenka effektivnosti gosudarstvennogo finansirovaniya venchurnyh proektov v subektakh RF [Assessment of the effectiveness of state financing of venture projects in the subjects of the Russian Federation]. Vestnik evraziyskoy nauki. (4). 44. (in Russian).
Tatarkin A.I., Kuklin A.A. (2012). Izmenenie paradigmy issledovaniy ekonomicheskoy bezopasnosti regiona [Changing the paradigm of region's economic security research]. Economy of the region. (2(30)). 25–39. (in Russian). doi: 10.17059/2012-2-2.
Ternavschenko K.O., Malashenko N.L., Gaponenko A.V. (2021). Organizatsionno-metodicheskie aspekty postroeniya mekhanizma obespecheniya ekonomicheskoy bezopasnosti regiona i subektov regionalnoy ekonomiki [Organizational and methodological aspects of building a mechanism for ensuring the economic security of the region and regional economic entities]. Fundamental research. (5). 104–110. (in Russian). doi: 10.17513/fr.43046.
Tsvetkov V.A., Dudin M.N., Lyasnikov N.V. (2019). Analiticheskie podkhody i metody otsenki ekonomicheskoy bezopasnosti regiona [Analytical approaches to estimate economic security of the region]. Economy of the region. (1). 1-12. (in Russian). doi: 10.17059/2019-1-1.
Страница обновлена: 02.04.2025 в 13:07:10