Shadow Economy Shadow Economy Теневая экономика 2541-7681 BIBLIO-GLOBUS Publishing House 126405 10.18334/tek.10.2.126405 YOSEIU Articles Статьи Research Article Differentiation of regional policy for reducing shadow employment based on alternative assessment indicators Дифференциация региональной политики снижения теневой занятости населения на основе альтернативных индикаторов оценки

30 06 2026 10 2 VOL 10, NO2 (2026) ТОМ 10, №2 (2026) 23 05 2026 30 06 2026 Copyright ©; 2026, Kireenko A.P., Kolbyagina L.A., Berezhnyh M.V. Copyright ©; 2026, Киреенко А.П., Колбягина Л.А., Бережных М.В. 2026 Kireenko A.P., Kolbyagina L.A., Berezhnyh M.V. Киреенко А.П., Колбягина Л.А., Бережных М.В. https://1economic.ru/lib/126405

Informal employment remains one of the most persistent structural characteristics of Russian labor market: according to Rosstat, one in five employed Russians is employed in the informal sector. The article aims to identify the role of household income, expenditure, and savings as indicators of informal employment in Russian regions and to assess their diagnostic capacity. A correlation analysis, OLS regression, and case study were conducted using data from 39 regions of Russia as of January 1, 2024. The empirical basis of the study was data from Rosstat, the Federal Tax Service, and the Bank of Russia. The results showed that the volume of bank deposits per capita demonstrates a stronger negative correlation with the share of informal employment than the level of per capita cash income and per capita expenditure. Together, these three predictors explain 74.6% of the interregional variation in informal employment. A case study revealed a consistent pattern: four regions with high income utilization rates (the ratio of per capita expenditure to per capita income in the region) and a high share of informal employment demonstrate signs of systematic underreporting of real income in official statistics. As a practical diagnostic tool for identifying regions with systematic underreporting of real income, the income utilization rate is proposed. It is concluded that the volume of bank deposits more accurately describes the relationship with informal employment than officially declared income. The results form the basis for differentiated regional policies to reduce informal employment.

Неформальная занятость остается одной из наиболее устойчивых структурных характеристик российского рынка труда: по данным Росстата в неформальном секторе занят каждый пятый работающий россиянин. Целью исследования является выявление роли доходов, расходов и сбережений населения как индикаторов неформальной занятости в субъектах РФ и оценка диагностического потенциала данных показателей. По данным 39 субъектов РФ на 01.01.2024 года проведен корреляционный анализ, OLS-регрессия и кейс-анализ. Эмпирическую базу исследования составили данные Росстата, ФНС и Банка России. Результаты исследования показали, что объем банковских вкладов населения на душу населения демонстрирует более сильную отрицательную связь с долей неформально занятых, чем уровень среднедушевых денежных доходов и расходов. Три предиктора совместно объясняют 74,6% межрегиональной вариации неформальной занятости. Кейс-анализ выявил устойчивый паттерн: четыре региона с высоким коэффициентом использования доходов (отношение среднедушевых расходов к среднедушевым доходам в регионе) и одновременно высокой долей неформальной занятости демонстрируют признаки систематического занижения реальных доходов в официальной статистике. Коэффициент использования доходов предложен в качестве практического диагностического инструмента для выявления регионов с систематическим недоучетом реальных доходов. Сделан вывод о том, что объем банковских вкладов описывает связь с неформальной занятостью точнее, чем официально декларируемые доходы. Результаты формируют основу для дифференцированной региональной политики снижения теневой занятости

 informal employment shadow employment income utilization rate population bank deposits population income population expenditure regional differentiation interregional variation неформальная занятость теневая занятость коэффициент использования доходов банковские вклады населения доходы населения расходы населения региональная дифференциация межрегиональная вариация 1. Минтруд: число занятых в тени россиян оценивается в 9,6 млн человек (2023). Известия. - 2024. [Электронный ресурс]. URL: https://iz.ru/1709349/milana-gadzhieva-mariia-stroiteleva (дата обращения: 28.02.2026). 2. Минтруд оценил число занятых в теневом секторе в 6,5 млн россиян. ТАСС. - 2024. [Электронный ресурс]. URL: https://tass.ru/ekonomika/22341885 (дата обращения: 28.02.2026). 3. Теневая занятость в России достигла рекорда за 8 лет (около 15,8 млн человек, 21,3% занятости). Executive. - 2026. [Электронный ресурс]. URL: https://www.e-xecutive.ru/finance/business/1998195 (дата обращения: 28.02.2026). 4. Росстат. Рабочая сила, занятость и безработица в России. / статистический сборник / Федеральная служба государственной статистики — Форма Т_3.1: Численность занятых в неформальном секторе по субъектам Российской Федерации в 2023 году. - М.: Росстат, 2024. 5. Loayza N. Informality in the Process of Development and Growth // The World Economy. – 2016. – № 39 (12). – p. 1856-1916. – doi: 10.1111/twec.12480. 6. La Porta R., Shleifer A. Informality and Development // Journal of Economic Perspectives. – 2014. – № 3. – p. 109-126. – doi: 10.1257/jep.28.3.109. 7. Perry G.E., Maloney W.F., Arias O.S., Fajnzylber P., Mason A.D., Saavedra-Chanduvi J. Informality: Exit and Exclusion. - Washington, D.C.: World Bank, 2007. – 258 p. 8. Гимпельсон В.Е., Капелюшников Р.И. В тени регулирования: неформальность на российском рынке труда. - М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014. – 535 c. 9. Зубаревич Н.В. Стратегия пространственного развития после кризиса: от больших проектов к институциональной модернизации // Журнал НЭА. – 2015. – № 2. – c. 226–230. 10. Баяндина Я.О. Анализ факторов развития неформальной занятости в современном российском обществе // Современное общество: вопросы теории, методологии, методы социальных исследований. – 2024. – c. 48-53. 11. Лизина О.М., Федонина О.В., Илякова И.Е. Региональные аспекты неформальной занятости: тенденции распространения и направления государственного регулирования // Экономика и управление: проблемы, решения. – 2024. – № 10. – c. 113-124. – doi: 10.36871/ek.up.p.r.2024.10.06.014. 12. Узякова Е. С. Неформальная занятость и ее влияние на доходы населения и производительность труда // Проблемы прогнозирования. – 2022. – № 6. – c. 198-207. 13. Нуреев Р.М., Ахмадеев Д.Р. Классификация неформальной занятости и методы ее оценки // Terra Economicus. – 2015. – № 4. – c. 17–35. – url: https://cyberleninka.ru/article/n/klassifikatsiya-neformalnoy-zanyatosti-i-metody-ee-otsenki. 14. Нуреев Р. М., Ахмадеев Д. Р. Формальная и неформальная занятость как «близнецы-братья»: современная российская практика // Terra Economicus. – 2015. – № 3. – c. 16-33. 15. Нуреев Р. М., Ахмадеев Д. Р. Современный кризис и его влияние на неформальную занятость в России // Journal of Economic Regulation. – 2021. – № 1. – c. 6-22. – doi: 10.17835/2078-5429.2021.12.1.006-022. 16. Каспарьянц Н.М. Неформальная занятость и ее влияние на пенсионное обеспечение региона (на примере Краснодарского края) // ЭКО. – 2017. – № 2. – c. 159–174. – url: https://cyberleninka.ru/article/n/neformalnaya-zanyatost-i-ee-vliyanie-na-pensionnoe-obespechenie-regiona-na-primere-krasnodarskogo-kraya. 17. Куницына Н.Н., Джиоев А. Зависимость неформальной занятости от уровня доходов населения российских регионов: уроки пандемии // Экономика региона. – 2023. – № 2. – c. 437-450. – doi: 10.17059/ekon.reg.2023-2-11. 18. Аузан А.А., Дорошенко М.Е., Елисеев А.Н. Институциональная экономика: Новая институциональная экономическая теория. - Москва: ИНФРА М, 2011. – 447 c. 19. Мусаева Х.М., Шахбанова З.И., Керимова З.А. Вероятностные характеристики неформальной экономики и ее легализация как резерв роста налоговых доходов бюджета // Вестник Алтайской академии экономики и права. – 2023. – № 10–3. – c. 377-384. – doi: doi.org/10.17513/vaael.3057. 20. Терентьева М.А. Неформальная занятость: особенности на севере и юге России // Арктика и Север. – 2024. – № 57. – c. 181-200. 21. Комарова Т. М., Калинина И. В., Соловченков С. А. Субъективные и объективные оценки личной занятости населения Дальневосточного региона (на примере Еврейской автономной области) // Вестник Института социологии. – 2021. – № 2. – c. 101–122. – doi: 10.19181/vis.2021.12.2.717. 22. Савалей В.В., Прокопас М.К. Особенности развития сектора неформальной занятости в контексте современных реалий // Региональная экономика: теория и практика. – 2025. – № 8. – c. 71-84. 23. Borisov A.N., Borodin A.I., Gubarev R.V., Dzuyba E.I., Kulikova O.M. Assessing the Level of Employment in the Informal Sector of the Economy of Russian Regions Using Modern Machine Learning Methods // Review of Business and Economics Studies. – 2024. – № 4. – p. 42-57. – doi: 10.26794/2308-944X-2024-12-4-42-57. 24. Куницына Н.Н., Дюдикова Е.И., Лазба Ф.А. Занятость в неформальном секторе: причины негативных тенденций // Экономика и математические методы. – 2024. – № 1. – c. 46-58. – doi: 10.31857/S0424738824010047. 25. Андрюхин А. Ю. Статистическая оценка взаимосвязей показателей рынка труда и инфляции в экономике России // Статистика и экономика. – 2021. – № 4. – c. 9-21. – doi: 10.21686/2500-3925-2021-4-9-21. 26. Забелина О.В., Мирзабалаева Ф.И. Новые тренды занятости в неформальном секторе как вызовы политике формализации российского рынка труда // Экономика труда. – 2023. – № 2. – c. 263-278. – doi: 10.18334/et.10.2.117222.