Доктор экономических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Центра исследований охраны труда
Аналитик Центра исследований охраны труда
The article analyzes the international experience of regulating high-risk jobs and the possibility of its adaptation in the Russian labor economy. Nowadays, there is the high proportion of occupational injuries during dangerous work and the associated economic losses. Based on a comparative analysis of models from the United Kingdom, the United States of America, Japan, the People's Republic of China, and South Korea, as well as recommendations from the International Labor Organization, the World Health Organization, and the International Organization for Standardization, the key advantages of switching to a risk-based and preventive approach have been identified. It has been established that the current Russian model, based mainly on formal execution when issuing work permits, is characterized by a number of limitations, including poor integration with professional risk assessment procedures, insufficient digitalization, and insufficient effectiveness of the responsibility system. Special attention is paid to the role of criminal, administrative and financial liability in violation of the requirements for the safe performance of high-risk jobs. The necessity of criminalizing violations of occupational safety requirements that have caused moderate harm to health and strengthening the differentiation of sanctions is substantiated. Specific proposals to create a unified digital security clearance platform and improve legislation in the Russian Federation have been formulated. It is concluded that without recognizing responsibility as the foundation of the occupational safety system, any organizational and technical innovations will remain declarative. The results of the study can be useful to academic staff, researchers in labor economics, business leaders, economists and government officials involved in occupational safety and improvement of labor legislation.
В статье анализируется международный опыт регулирования работ повышенной опасности и возможности его адаптации в российской экономике труда. Актуальность темы обусловлена высокой долей производственного травматизма при выполнении опасных работ и сопутствующими экономическими потерями. На основе сравнительного анализа моделей Великобритании, Соединенных Штатов Америки, Японии, Китайской Народной Республики и Южной Кореи, а также рекомендаций Международной организации труда, Всемирной организации здравоохранения и Международной организации по стандартизации, выявлены ключевые преимущества перехода к риск-ориентированному и профилактическому подходу. Установлено, что действующая российская модель, основанная преимущественно на формальном исполнении при оформлении наряда-допуска, характеризуется рядом ограничений, включая слабую интеграцию с процедурами оценки профессиональных рисков, недостаточную цифровизацию, а также недостаточно высокую эффективность системы ответственности. Особое внимание в статье уделено роли уголовной, административной и материальной ответственности при нарушении требований безопасного выполнения работ повышенной опасности. Обоснована необходимость криминализации нарушений требований охраны труда, повлекших вред здоровью средней тяжести, и усиления дифференциации санкций. Сформулированы конкретные предложения по созданию единой цифровой платформы нарядов-допусков и совершенствованию законодательства в Российской Федерации. Сделан вывод, что без признания ответственности фундаментом системы охраны труда любые организационные и технические нововведения останутся декларативными. Результаты исследования могут быть полезны научным работникам, исследователям в области экономики труда, руководителям предприятий, экономистам и государственным служащим, занимающимся вопросами охраны труда и совершенствования трудового законодательства.