The article assesses the effectiveness of the import substitution policy in the agro-industrial complex of the Russian Federation for the period 2014–2025. Based on official statistics from Rosstat, the Ministry of Agriculture, and the Bank of Russia, and employing structural-dynamic, comparative, and index analysis methods, the research examines production dynamics, foreign trade balance, import dependency ratio, the state of the material and technical base, and food self-sufficiency levels. The findings reveal a 2.6-fold increase in gross output, a transition to net exporter status, and a reduction in import dependency from 1.92% to 1.72%. However, systemic disproportions are identified, including production concentration in large organizations (61%), technological dependence in seed breeding, and critically low machinery renewal rates (3.55–4.08% against a norm of 8–10%). The analysis also highlights significant differentiation in self-sufficiency, ranging from 260.2% for vegetable oil to 43.1% for fruits. The article substantiates the need to transform state support into targeted, technology-oriented instruments.
В исследовании оценивается результативность политики импортозамещения в агропромышленном комплексе Российской Федерации за период 2014-2025 гг. На основе официальных статистических данных Росстата, Минсельхоза и Банка России с применением структурно-динамического, сравнительного и индексного методов проанализированы динамика производства, внешнеторговый баланс, коэффициент импортной нагрузки, состояние материально-технической базы и уровень самообеспеченности продовольствием. Установлен рост валового выпуска в 2,6 раза, переход к статусу нетто-экспортёра и снижение импортной нагрузки с 1,92% до 1,72%. Выявлены системные диспропорции: концентрация производства в крупных организациях (61%), технологическая зависимость в селекции и семеноводстве, критически низкие коэффициенты обновления техники (3,55-4,08% при норме 8-10%). Показана дифференциация самообеспеченности: от 260,2% по маслу растительному до 43,1% по фруктам. Обоснована необходимость трансформации господдержки в адресные, технологически ориентированные инструменты