канд. экон. наук, доцент
Д.э.н., доцент; Профессор кафедры «Менеджмент и общегуманитарные дисциплины»; Старший научный сотрудник
К.ю.н., доцент, доцент кафедры «Уголовное право, процесс и криминалистика»
К.э.н., доцент, доцент кафедры «Экономика и финансы»
к.ю.н., доцент кафедры «Менеджмент и общегуманитарные дисциплины»
Аспирант
Recently, bankruptcy proceedings have become an urgent aspect for many citizens and companies in our country. According to statistics, bankruptcy in the Russian Federation is most common among individuals. Citizens, as a rule, are increasingly initiating their own bankruptcy. At the same time, not all bankruptcies are legitimate. The authors note that the position of the Constitutional Court of the Russian Federation says that not every bankruptcy is intentional: if there are signs of fictitious bankruptcy, then it is necessary to prove the subjective side of the crime. At the same time, as soon as law enforcement agencies have doubts or difficulties in qualification, they often refuse to initiate a criminal case on fictitious bankruptcy and transfer it to civil relations, rather than initiate a criminal case and complicate their lives. This is mainly due to the difficulty of determining the damage in the case of intentional bankruptcy. In our opinion, the damage should be determined without linking it to the creditor's register, but from the moment when the property is taken away from the debtor, i.e. if the debtor commits a legally significant act in order to conceal funds or to falsify information about the location and amount of funds, the legal responsibility should start from the moment when these illegal acts are committed, and not when the bankruptcy itself is completed.
В последнее время актуальным аспектом для многих граждан и предприятий нашей страны стало использование процедуры банкротства. Согласно данным статистики, наиболее часто банкротство в Российской Федерации встречается среди физических лиц, Граждане, как правило, все чаще сами инициируют собственное банкротство. При этом далеко не все банкротства являются правомерными. В статье авторами отмечается, что позиция конституционного суда РФ говорит о том, что не любое банкротство является преднамеренным: если там есть признаки фиктивного банкротства, то нужно доказывать субъективную сторону преступления. При этом, как только у правоохранительных органов возникают сомнения или сложности в квалификации зачастую они отказывают в возбуждении уголовного дела о фиктивном банкротстве и переводят это в гражданско–правовые отношения, чем возбудить уголовное дело и усложнить себе жизнь. Во многом это связано со сложностью определения ущерба при преднамеренном банкротстве. На наш взгляд, ущерб нужно определять, не связывая его с реестром кредитора, а с момента отторжения от должника имущества, таким образом, когда должник совершает юридически значимое действие с целью сокрытия средств или искажения информации о нахождении и количестве средств то именно с момента совершения данных противоправных действий должна наступать юридическая ответственность, а не ждать, когда сам факт банкротства завершится.